Чаще всего Шэннон слонялась без дела, тяжело переживая свое одиночество и все чаще и чаще задумываясь о будущем. Она не могла полагаться на гостеприимство Грииров, но из-за нехватки денег была не в состоянии жить отдельно. Нужно было что-то решать.
В начале сентября стало известно, что в форт прибывает свирепый вождь Красное Облако в сопровождении своих многочисленных воинов. В течение недели сиу облепили близлежащие холмы, поставив повсюду сотни вигвамов. Вид у воинов был устрашающим: в набедренных повязках, цветастых накидках. Они расхаживали по территории форта. Магазин стал любимым местом их сборищ.
Были приняты меры безопасности и удвоен караул, чтобы избежать стычек между местным населением и индейцами. Но тем не менее огромный наплыв индейцев заставлял женщин сидеть дома и выходить на улицу только в случае крайней необходимости.
Полковник Гриир выбился из сил, поддерживая мир и порядок в форте. Ему было просто необходимо подписать мирный договор с последним из индейских вождей.
Однажды полковник выкроил время для разговора с Шэннон, и, дождавшись, когда Молли и Клэр уйдут из гостиной, он обратился к ней:
– Я знаю о твоей... э-э привязанности к Блейду, дорогая моя, и поэтому решил обратиться именно к тебе по поводу его пустующей комнаты. Хотя его квартира совсем небольшая, она нам сейчас крайне необходима, так как форт расширяет границы. Мне как-то неудобно забирать оттуда его личные вещи, и я подумал, может быть, это сделаешь ты и возьмешь их на хранение?
– Вы говорите так, будто он никогда не вернется, – в голосе Шэннон слышалось обвинение.
– А ты вернулась бы, если бы тебе грозила виселица?
– Но с Блейда сняты все обвинения.
– Он ведь об этом не знает, – пожал плечами полковник. У него не было времени спорить. – Что мне делать с его вещами? Послать кого-нибудь, чтобы тебе их принесли?
– Нет, – немного подумав, сказала Шэннон. – Я сделаю это сама.
Шэннон была невыносима мысль о том, что кто-то еще будет трогать вещи, принадлежащие Блейду.
– Хорошо. По возможности, сделай это завтра. А его комнату займет новый разведчик.
Смеркалось. Шэннон решила, что не сможет дождаться завтрашнего утра, и пошла за вещами Блейда. «Это займет не более часа, – подумала она, – и Грииры даже не заметят ее отсутствия».
Шэннон шла через парадную площадь, направляясь к кузнице, позади которой находилась комнатушка Блейда. Обычно скаутами нанимали индейцев или метисов и предоставляли им совсем убогое жилище. Заметив множество костров, разбросанных по холмам, Шэннон вдруг подумала о том, что индейцам ничего не стоит смести этот форт с лица земли. От такой мысли у нее похолодело в груди.
Шэннон оказалась в комнате Блейда впервые. Окна и дверь выходили на реку, а еще одна дверь вела в помещение кузницы. Шэннон закрыла глаза и, втянув ноздрями воздух, представила, что Блейд находится рядом. В комнате стояла кровать, рядом туалетный столик, стол и плита. Тонкий слой пыли – свидетельство того, что здесь никто ни к чему не прикасался.
Шэннон решила сложить все вещи Блейда на кровать, сделала из легкого одеяла узел. Вещей оказалось не так уж и много: смена белья, пара мокасин, накидка и серебряное ожерелье с бирюзой. Она сжала в руке ожерелье и села на кровать, вспоминая чудесное время, проведенное с Блейдом. А теперь, казалось, оно остановилось в этой маленькой комнатке, и Шэннон грезила, что вот-вот появится Блейд и протянет ей руку. «Блейд...» Но чтобы вернуть любимого, мало одного желания.
Шэннон рассеянно взглянула в окно и ужаснулась: как темно на улице! Она не стала зажигать лампу и, вздохнув, поднялась с кровати. Ей следовало бы давно уже вернуться в дом Грииров. Взяв узелок, Шэннон направилась к двери. Она нащупала рукой дверную ручку и уже совсем было собралась открыть дверь, как совсем близко услышала голоса. Подслушивать, конечно, нехорошо, но любопытство победило. Девушка приложила ухо к двери, и то, что услышала, заставило ее похолодеть. Этот хриплый шепот она запомнила навсегда!
– Я могу дать тебе оружия на всех твоих воинов.
– Мы не можем заплатить столько золота, сколько дал тебе Бешеный Волк.
По акценту Шэннон сразу догадалась, что говорит индеец.
– Я продам ружья за хорошие шкуры. У вас ведь они есть, не так ли?
– Есть. Где ружья?
– Вы их скоро получите. Они прибудут вместе с обозом. Торговец заберет шкуры, продаст их на Востоке и вернет мне деньги. Клайв Бейли был не единственным, кто работал на меня.
Шэннон не верила своим ушам. Сделка заключалась в то время, когда подписывалось мирное соглашение. Договор о мире ничего не стоит, если люди будут торговать оружием.
Желание увидеть того, кто убил майора Вэнса, было столь велико, что Шэннон, не думая об опасности, немного приоткрыла дверь и стала напряженно вглядываться в темноту. Индейца вообще нельзя различить, он стоял в тени. Внезапно что-то сверкнуло. У Шэннон перехватило дыхание: «Мундир офицера!»
