- О чём ты? - осторожно спросил Цехель, немного выдыхая. Но император этого уже не заметил. Улёгшись на татами, он утомлённо прикрыл глаза. Голос его звучал глухо:
- О том, что я совершенно не знаю, что делать с Эрикой. Она меня совершенно измучила. А я её... судя по-вчерашнему, за её смирением скрывалась такая жгучая ненависть, что обожгла даже меня.
- Удивительно, - изумлённо покачал головой Юрий. - Но для тебя, наверное, это полезно. Не ты ли мне когда-то твердил, что тебе постоянно скучно?
- Теперь не скучно. Вот только ей плохо, а я... не хочу, чтобы ей было плохо, - неожиданно скомкано и косноязычно сказал Ядгар, как будто не мог подобрать правильные слова. - Эрика хрупкая, живая, а я продолжаю убивать её, как делал это когда-то её бывший хозяин. Не хочу. И видеть её больше не хочу.
- Так отпусти. Свою задачу девушка уже выполнила. Замир... он ведь смог выйти из своего кокона. Перевези его в столицу, представь двору как своего наследника... поверь, вам не нужно будет так уж часто встречаться. И рано или поздно твой сын сможет общаться с тобой. А пока - отпусти Эрику, раз она доставляет тебе столько хлопот.
Если бы Ядгар взглянул сейчас на Юрия, то увидел бы, каким хищным стало выражение его лица.
- Глупости не говори, - раздражённо ответил император. - Я не собираюсь позволить эсперу разгуливать по всей вселенной с моими секретами. Да и... привык я к Эрике.
Признание далось императору тяжело. Впервые Ядгар сознался кому-то ещё, пусть и косвенно, что Эрика была нужна ему не только для сына, но и для самого себя.
- Седина в бороду, бес в ребро, - Юрий сочувственно похлопав Ядгара по ноге, и тот недовольно открыл глаза, заставив Цехеля убрать руки за спину.
- Не понимаю я твои гардарийские пословицы. У меня нет бороды, и джинов на меня призывать не стоит.
- Не бери в голову. Послушай, я предлагаю тебе немного другое. Не хочешь, чтобы Эрика улетала с планеты - не надо. Просто отсели её от себя. Пусть поживёт немного как свободный человек на Лонге. Под присмотром, конечно же. Так ты сможешь добиться доверия Эрики, и заодно позволишь ей понять, что под твоим крылышком ей гораздо лучше. И тогда она сама вернётся к тебе - уже добровольно.
Ядгар несколько скептично посмотрел на своего друга, но Юрий уже знал, что смог заронить нужную мысль в голову императора.
Пытка свободой
Вы меня так обидели, что я все равно отомщу вам.
Я докажу, что вы мне безразличны. Умру, а докажу.
(с) Обыкновенное чудо.
Следующие несколько дней я провела, загибаясь от одиночества. Дали уехал, Асаки умерла. Алане Кронберг было явно не до меня. К Замиру меня пока не пускали, а император в очередной раз игнорировал свою рабыню. О последнем, правда, я не слишком сожалела. И всё же, отчего то каждый вечер ждала, что вот зайдёт ко мне слуга Альге и скажет, что император хочет меня видеть. Или же сам Ядгар зайдёт, заполнив собой всё пространство, и улыбнётся знакомой кривоватой улыбкой. И от взгляда его, предвкушающего и голодного, станет немного страшно, и бросит в дрожь.
Но дверь моей комнаты открывалась лишь для слуг и доктор Оссе, пичкавшего меня таблетками вместо Аланы. Без них я уже заснуть не могла.
В горах наступила зима, замёрзло и моё сердце. Может быть, ныла ещё на где-то вина, да мучило порой беспокойство за светловолосого мальчика, но даже она не могла перебить моей апатии. Снова и снова я вертела в голове сцену, происходившую в кабинете. Мои слова Альге и его попытку меня купить, мой призыв к Замиру, ставшему случайным свидетелем моей истерики.
Замир был опасен, я знала это всегда. Я лучше всех понимала, что он сделал с Тао Тацуми - и это было чудовищно. Юный эспер не просто вторгся в его сознание, он проломил все стены разума Тао, сделав его уязвимым. К чему это могло привести? К кошмарам, это если секретарю повезёт. В худшем случае - к безумию или смерти.
Но вот то, что опасной была и я сама, стало для меня открытием. Правда, как у меня получилось повлиять на Замира, и насколько моё влияние было долговечным, я не представляла. Что ж, не скрою, попробовать свои силы мне хотелось. Но не на старичке же Оссе?
Случай мне подвернулся совершенно неожиданно. В один из дней завтрак мне принесла не служанка, а один из моих стражников - Гиано Бей, тот самый, что не пускал ко мне Альвареса в день покушения.
- Еда, - хмуро сказал усатый стражник, не скрывая своей антипатии ко мне.
- Я вижу. А почему именно вы её принесли?
Я уселась на кровати и с интересом посмотрела на Гиано. Нет, его совершенно не жалко. Чувства у него были тусклыми и пыльными, а мысли... ну, повредить ему что-то было на самом деле сложно.
- Потому что боятся, знамо дело. Слухи о тебе ходят.
- Сами то вы, я гляжу, в них не верите, - пропела я, стараясь не шуметь, сползая с кровати. Пару шагов, и я оказалась уже за спиной Бейя. Почувствовав моё прикосновение к своему локтю он резко вздрогнул и побледнел:
- Чего удумала то?
