– Наверное, он просто превращался в человека, – предположил Финч. – Или… Я не знаю, а можно сначала быть человеком, а потом стать не-птицей?
– Это нужно узнать у мадам Клары, – веско заметила девочка. – Вот, кто точно знает.
Финч опустил голову.
– Мадам Клара, да… Ты не поверишь, что я узнал…
И Финч рассказал подруге о посещении Фогельтромм, о Коре и о празднике Снежной бури. Он спросил Арабеллу, появляются ли дети из яиц, но она подняла его на смех и ответила, что, разумеется, нет. А на вопрос о том, как же тогда они появляются, девочка фыркнула и промолчала – было видно, что она и сама не знала.
А затем Финч рассказал ей о Гелленкопфе. Арабелла слушала, затаив дыхание, и когда он поделился с ней тем, кто такая на самом деле мадам Клара, она округлила глаза и едва не запрыгала на месте:
– Аааах! – выдала Арабелла от переизбытка эмоций и чувств, а затем восхищенно воскликнула на более понятном для Финча языке: – Она – племянница королевы! Это же значит, что она или сама королева, или принцесса! Как здорово! Я всегда это знала!
– Ври больше! – Финч пришпилил энтузиазм девочки, как конторский счет на шило. – Откуда тебе было знать?
– Ну, она такая важная! И такая… аааах! Принцесса, одним словом!
Когда ее восторги немного улеглись, дети заговорили о вещах менее радостных. О не-птице, которому поставили жуткую статую в Гнезде Ненависти под крышей Фогельтромм.
– Значит, Гелленкопф – это злейший враг не-птиц, – подвела итог Арабелла. – Мадам Клара и этот Коппелиус Трогмортон когда-то победили Гелленкопфа, и он хочет им отомстить! Вот, что он делает!
– Он хочет не просто отомстить, – уточнил Финч. – Гелленкопфу нужно заполучить свое Черное Сердце, которое вернет ему былые силы, и тогда он снова захватит власть и…
– Начнет войну с людьми… с нами, – испуганно закончила Арабелла.
Повисла тишина. Финч во всех красках представлял себе тот кошмар, который начнется, если Гелленкопфу удастся воплотить свой план в жизнь. Арабелла, он был уверен, думала о том же.
– Все эти вырезанные сердца… – хмуро проговорила Арабелла. – Вообще не понимаю, как не-птицы могут жить без сердец. Ты же спросил об этом у Коры?
Финч покачал головой, и девочка возмущенно заметила:
– Ну конечно, ты не спросил! Хотя это самое важное! Уж я бы все у нее выяснила. Чувствую себя сейчас мистером Фо из книги. Он часто отправляет допрашивать свидетелей своего не очень умного помощника Джерри, и тот всегда забывает уточнить какую-то важную подробность.
Финч поморщился: никакой он не Джерри! Сама она Джерри!
– Этот твой мистер Фо не такой уж и умный, если знает, что его помощник глупый, и все равно отправляет его добывать сведения.
– Ничего подобного! Он просто очень замкнутый джентльмен и предпочитает не общаться с людьми…
– Думаю, этого Джерри просто придумали для книжки, чтобы мистер Фо рядом с ним казался умнее, чем он есть.
– Ничего ты не знаешь! Мистер Фо – гениальный сыщик и всегда разоблачает даже самых хитрых и изворотливых злодеев…
Финч уже собрался как следует усомниться в этом вслух, но Арабелла задала вопрос, который заставил его напрочь забыть о любых персонажах книг:
– Что мы знаем о Черном Сердце?
Финч задумался.
– Мадам Клара и Коппелиус Трогмортон забрали его у Гелленкопфа.
– Да, но где оно сейчас? У мадам Клары? А что если дядя Сергиус пытается украсть именно его?
– Нет. В смысле, не думаю. Черное Сердце у бывшего воспитанника мадам Клары, того мальчишки, о котором она рассказывала. Ну, который давно не мальчишка. Гораций Горр сказал Одноглазому в ателье, что они с Птицеловом так и не выяснили, где воспитанник мадам Клары держит это сердце. И еще… вспомни, что говорила мадам Воррта: мальчишка велел Кэрри найти мистера Каррана и мисс Коллн, пока они не выдали Гелленкопфу местонахождение Черного Сердца.
– Точно! – Арабелла была так взволнована, что даже не заметила, как развернула обертку и отправила в рот конфету из коробки. – Черное Сердце у бывшего воспитанника мадам Клары, а эти влюбленные знают, где он его прячет.
– И мадам Клара, – продолжил Финч, – сама отдала их Гелленкопфу. Но зачем она это сделала? Она же его заклятый враг!
– Вот и я не понимаю, – негромко проговорила Арабелла. – Это все очень странно. Как будто мадам Клара зачем-то подыгрывает Гелленкопфу, словно она с ним заодно и хочет, чтобы он вернул Черное Сердце.
Финч даже побагровел от возмущения.
– Я в это не верю! Она не могла!
Арабелла поспешно закивала.
– Мне тоже кажется, что тут не все так просто. Уверена, у нее были причины отдать мистера Каррана и мисс Коллн Гелленкопфу. Все это как-то связано с пророчеством Одноглазого. Этот тип ничего о нем не говорил в ателье?
Финч покачал головой.
– Одноглазый только сказал, что он ненавидит мадам Клару и Коппелиуса Трогмортона и еще…
Финч вдруг замолчал. В его голове неожиданно связалась еще одна ниточка.
– Что? – нетерпеливо спросила Арабелла. – Что еще он сказал?
– Что за все расплатится племянник Трогмортона, у которого Одноглазый забрал беременную жену. Кажется, я понял…
Арабелла непонимающе на него уставилась, и Финч пояснил:
