Не знаю, что на это ответить, если честно, да и не хочется ее лишний раз колупать — тема явно щекотливая, и она сильно волнует Астру. Мне тут еще рыдающего ребенка не хватает, да ведь? Я поэтому молчу? Не потому что меньше всего хочу рушить тот хрупкий мост к Амелии и Августу? Ну право, тем более не потому что волнуюсь за Астру, пф.
— Сейчас она будет угрожать… — с восторгом говорит Астра, указывая на Амелию.
Она сидит боком к нам, закрыв глаза, говорит по телефону, а до нас доносятся лишь отголоски…
— …Да мне наплевать, по большому то счет, Катюша. Я знаю, что это делаешь ты. Раз ты открыла свой рот, наверно, я тоже могу это сделать, да?
Пауза. Дает ответить, слегка усмехается, поглаживая кончик какой-то железной палочки, слегка хмурит брови, но потом вдруг резко подается вперед и тихо, но максимально угрожающе перебивает.
— Значит так, теперь слушать будешь ты. Мне плевать, что ты там трепала, я не буду собирать всю эту дичь, чтобы записать в тетрадочку и плакать каждую ночь, но ты перешла черту, дорогая, моя очередь. Сейчас я не в Питере, но когда вернусь, первым делом пойду к Степанычу и предоставлю ему толстенькую папочку с доказательством твоих махинаций, так что готовься. Пристегни ремни, детка, дорога будет долго и очень увлекательной для тебя, конечно же, а я навещу тебя, клянусь Богом, в местах не столь отдаленных, чтобы навсегда запечатлеть в памяти твою морду через толстое стекло.
Отбивает звонок. Конечно, это не совсем разумно, думаю я, угрожать вот так открыто, раскрывать свои планы, терять козыри, но, кажется, Амелия действительно знает, что делает. Она усмехается, потом подвигается к компьютеру, который был и до сих пор остается в железном чемоданчике, и начинает быстро что-то печатать. Точно удар авианосцев — по цели и никак иначе: это часть ее плана.
— Чертовка… — тихонько подтверждает Астра, — Знает же, что делать нужно. Всегда было интересно, как она это проворачивает. Как будто знает наперед, как человек будет себя вести…
— Артур такой же.
Астра переводит взгляд на маму и слегка кивает.
— Это да. Все говорят, что она похожа на него больше всех остальных детей. Больше, чем он сам порой… Шутка такая. Семейная. Папа вот на него совсем не похож. Бабуля говорит, что он вылитый ее брат…
— Да, она мне про него рассказывала… Томас, — Астра пару раз кивает.
— Точно. Он такой же был, как папа. Спокойный, мягкий, рассудительный. Вечно их с Виолеттой растаскивал, когда они ссорились. Папа тоже выступает Швейцарией, которая может двинуть правда, но все равно Швейцария между моими дядями. Они вечно цапаются. Не всерьез, поддевают друг друга просто…
— Да, мы видели, — с сарказмом кивает Марина, доставая тонкую сигарету, — Игра у них была такая забавная. Между Богданом и Маркусом, кажется?
— А? Да-да, поняла. У них с Маркусом разница всего год, поэтому они ближе друг с другом, соперничают, как Мел с Элаем. Так забавно за этим наблюдать… жаль у меня нет сестры или брата, только на Камилле и остаётся отыгрываться.
— А больше у Артура нет внуков?
— Нет, Мария. Богдан вообще ближе всех к этому, но пока его девчонка даже не знает, что она его.
— Как это? — вырывается у Адель, и Астра тихонько усмехается.
— Он тащится по лучшей подруге Мел, Эмме. Она англичанка, вся такая охренеть умная, у нее даже докторская есть! И она что-то типа Индианы Джонса, ездит по миру и ищет сокровища! Богдан когда с ней познакомился — все, поплыл. Теперь не отходит на шаг, охраняет, даже бросил работу. Они с Мел раньше работали вместе, только он был старшим, очевидно. Теперь она.
— А остальные чем занимаются? — спрашивает мама с улыбкой, и та жмет плечами с ответной.
— Да это не секрет особо. Маркус ушел в разработку игр и разных приложений, основал свою компанию и живет в Сестрорецке. Богдан вот ездит по миру со своей англичанкой, охотиться за древностями. Элай занимается развлечениями вместе с Костей. У них сетка баров и три клуба в центре Питера. И никто из них меня туда не пускает!
Мы тихо посмеиваемся над такой наивной, искренней злостью и негодованием, на что Астра в свою очередь только цыкает.
— Вот вам смешно, а это же просто чудовищно! У меня под носом такое, а мне туда нельзя!
— Рано тебе еще.
— Они говорят тоже самое, Макс, но из-за этого еще интересней же! — улыбаюсь еще шире, расслабляюсь больше, а та жмет плечами.
— Ну а папа в гостиничном бизнесе. У него сетка мини-гостиниц по всему Питеру, апартаменты, и он планирует построить еще одну.
— А как мой «Алмаз»?
— Он его отдал под приют для женщин, подвергающихся насилию. Ты не знала?
По Марининому лицу понятно сразу: нет, она не знала. Застыла вся с сигаретой, что продолжает тлеть, молчит, глазами хлопает, чем вгоняет девчонку в краску. Та отводит глаза, и только мама спасает ситуацию.
— А что же все-таки Артур и Ирис?
— О, дедуля и бабуля круто устроились. Они купили себе ферму под Питером, заводят живность. У них много лошадей, правда дед их боится до жути…
— Не верю, что он чего-то боится.
— Ну, извини, Макс. Он человек же, а не робот. Люди все чего-то боятся…
