Интервьюер:
Затейниками являются те, у кого с «этим» проблемы.
Я не пуританин, не монах, мне что-то нравится, что-то не нравится, но это часть жизни… кинематографа. И если это часть жизни кинематографа, наверное, есть смысл к ней относиться как к части жизни, а не просто закрыть глаза и считать, что ее нет.
Поэтому кто захочет смотреть такое кино – пусть смотрит.
Я ходил бы на все эти фильмы, но, к сожалению, смогу пойти всего один раз, и то, если Вас там увижу…
СЕМАГО
(2001)
Вот мне Семаго, бывший народный депутат, четыре раза присылал Счетную палату по поводу моего фильма «Сибирский цирюльник».
Он просто не мог поверить, что сорок три миллиона долларов, составляющие бюджет картины, это не повод для того, чтобы их украсть. Он не понимал того, что мне было важно и интересно, собрав эти огромные деньги, сделать то, что я никогда не мог сделать раньше в процессе производства моих картин.
Пять тысяч человек «массовки», горячая пища для всех, классная современная аппаратура, вагончики для всех актеров, чтобы на морозе у них бороды не отклеивались и чтобы создать наконец человеческие, цивилизованные условия для всех, кто работает рядом с тобой на съемочной площадке.
Но это не укладывалось в голове у Владимира Семаго.
Зато укладывалось то, что из того, что получил режиссер на картину, ему следует десять миллионов оставить себе, а на остальное как-нибудь, что-нибудь снять.
Но если мы будем жить по принципу: «Скажи мне, где ты работаешь, и я тебе скажу, что и как ты воруешь», то действительно никакого толку никогда не будет.
СЕМЕЧКИ
(1994)
Я, говоря с иностранцами, пытаюсь им объяснить: ну что такое, скажем,
Это же не еда, это образ мысли, мировоззрения; миросозерцание – сидит на завалинке, семечки жует.
Ни одна реформа в России не сможет органично осуществиться, если она не будет включать в себя и момент семечек на завалинке. Органично включать. Иначе эта реформа будет выпирать, получится кривой и лопнет, как все неорганичные для России реформы.
Все равно семечки вылезут, через самую жесткую политику, сквозь все заслоны. Нельзя иначе.
Вот чего чужому никогда не понять…
СЕМЬЯ
Род Михалковых – Кончаловских
(1990)
Семейную традицию я понимаю как осознание принадлежности к своим корням. Чем дальше, глубже в прошлое можешь проследить эти корни, тем сильнее традиция.
Род Михалковых уходит в глубь российской истории. Первое упоминание относится к XIV веку. Были в роду и монахи, и воеводы… Больше было воевод. Очевидно, от своих предков (воевод) я унаследовал вкус к состязанию, азарт. Один из предков был постельничим при дворе первого царя из династии Романовых.
По материнской линии корни Суриковых – Кончаловских уходят в польские земли…
(1994)
Мой предок приходился троюродным братом первому Романову.
Недавно знакомый историк сообщил мне, что двое моих пращуров участвовали в Куликовской битве. И оба, между прочим, выжили.
Одна только семейная переписка сохранилась у нас за триста лет…
(2005)
Интервьюер:
Обширная география получается: Кострома, Рыбинск, Ярославль…
В Ярославле мой прадед Михалков был последним предводителем дворянства. Все Михалковы были Сергеи и Владимиры. Много было разных военных, воевод.
Недавно мне принесли духовные завещания моих предков времен Ивана Грозного. Такие трогательные бумаги… Что кому отписать: кому – саблю такую-то, а этому корову, шкуры какие-то. А тот еще остался должен, ну там, две штуки сукна. Да! Потом требовалось испросить чего-то у должников. Если он должен был, допустим, деньги, то можно брать не деньги, а корову… Ну, в общем, все серьезно… По-взрослому, как сегодня говорят.
А по маминой линии – это Сибирь, если говорить о Сурикове. И Франция, потому что жена у него была француженка.
А по отцовской линии в основном Волга, Кавказ…Так что с точки зрения истории и географии семья постаралась.
Родительские заповеди (2005)
Их очень много.
