Я почувствовала себя виноватой, что не позвонила ей сразу, потому что номер великолепный и она потратила немало времени, чтобы найти его, поэтому я сейчас, же сказала ей об этом, добавив, что она лучшая в мире мама и что непременно позвоню ей рассказать, как продвигаются у меня дела. Затем не удержалась и поведала, что собираюсь пойти на премьеру в театр Джо Паппа. Она уточнила с кем, и я ответила, что с редактором издательства «Беннет, Фицаллен и K°», с которым познакомилась за ленчем во «Временах года». Мать счастливо рассмеялась, сказав, что определенно я не теряла времени даром и что она мною гордится.
Следующий мой звонок был Джо Биксу, и, вопреки принятому решению, я оставила ему свой номер телефона в гостиницу.
Затем позвонила в офис Дага.
– Присяжный поверенный Рентам, – ответил он.
– Здравствуйте, это Салли, – сказала я, словно пять часов пребывания в Нью-Йорке изменили меня настолько, что мне следует отрекомендоваться.
– У нас здесь сплошные треволнения, – зашептал он. – Картер перевез твоего друга Пита в безопасное место.
Картер – помощник окружного прокурора по расследованию убийств.
– В какое? В мой дом?
– Нет, – ответил Даг. – Послушай, – шептал он, – я не могу сейчас говорить. – Он повысил голос: – Как твои дела в Большом Яблоке?
– Великолепно! – ответила я. – Верити пригласила меня на ленч во «Времена года», а вечером иду на премьеру в театр Джозефа Паппа.
– С кем? С Верити?
Внезапно я почувствовала себя в ловушке. Почему-то не хотелось говорить Дагу правду. Хотелось приключений после застойной обыденности Каслфорда. И сегодняшнее свидание, полагаю, позволит мне хоть на время позабыть о доме.
– У сотрудника Верити оказался лишний билет, – ответила я.
– Чудесно. А ты подготовилась к завтрашнему дню?
«Нет, – подумала я. – Я вообще сегодня ни черта не сделала».
– Да, – ответила я. – Даг, а не мог бы ты сказать, почему прячешь Пита?
– Нет, – ответил он.
Заработала вторая линия гостиничного телефона, и я сказала Дагу, что должна уходить; мне просто следовало сообщить ему, что вечером не смогу ему позвонить. Я приняла второй звонок.
– Послушай, Сэл, здесь такое творится, – доложил Джо.
На линии были помехи, и я поняла по уличному шуму, что он в машине.
– Что происходит?
– Убитый – Тони Мейерз, – ответил Джо. – Своего рода король ядохимикатов из Лонг-Айленда. У него масса правительственных контрактов.
– Что он делал в Каслфорде?
– Этого никто не знает, хотя вырос он здесь. Его мать живет в Аризоне, а здесь у него никаких родственников.
– Откуда ты все это узнал?
– У меня приятель в «Ныосдей». Сэл, мне нужно, чтобы ты еще раз поговорила с Д'Амико. Вчера сумасшедшего Пита подозревали в убийстве, сегодня он персона нон грата. Никто не знает, где он находится. Его отец собрал вещички и уехал во Флориду. Говорит, что здесь очень опасно.
– Почему?
– Думает, что тот, кто расправился с этим Мейерзом, может расправиться и с ним.
– Почему?
– Это тебя надо спросить.
– Если Бадди прячет его, – сказала я, зная, что этим делом занялась окружная прокуратура, – то надо сосредоточить все внимание на самом убитом и его деятельности. Сдается мне, здесь пахнет мафией.
– Это домыслы, – сказал Джо.
– Хорошо, значит, пахнет организованной преступностью, – сделала я поправку. – Что Бадди говорит насчет того, чтобы имя убитого появилось на первой полосе?
– С этим все в порядке.
– Тогда публикуй.
– Он хочет, чтобы мы опросили людей. Но ты должна знать, что у меня табу на Пита. Я прокляну себя, если какая-нибудь газетенка обойдет нас. А что, если действительно убил он?
– Посмотрю, что можно сделать, – пообещала я, повесив трубку. Я снова набрала номер Дага.
– Присяжный поверенный Рентам.
– Значит, это дело рук мафии? – спросила я. – И твои парни боятся, что Пит будет следующим?
– Мафии? – удивился Даг. – Никто этого не говорит.
«Значит, речь идет об организованной преступности», – решила я.
– Может, я перезвоню позже? – спросила я.
– Ни в коем случае, назойливая леди-репортер, – ответил он. – Пока.
Жутко нервничая, я приняла душ, надела юбку и блейзер и прошла несколько кварталов до ресторана, где должна встретиться со Спенсером. Пришла чуть раньше, но он уже был в баре.
– Привет, – улыбнулся он и развернул для меня стул. – Выглядите потрясающе! – Мы обменялись рукопожатиями.
Сели за столик, и я заказала себе бокал вина. Некоторое время провели в непринужденной беседе. Он родом из Мэна; его отец – судовладелец; он окончил университет Брауна и некоторое время учился в аспирантуре в Колумбии; получил работу в журнале «Тайм-лайф», оттуда перешел в «Уорнер букс», затем в «Саймон и Шустер», а спустя три года – в «Беннет, Фицаллен и K°». Эта работа ему нравится. Я вкратце обрисовала ему свой жизненный путь до сегодняшнего дня, включая и тот факт, что встречаюсь с Дагом.
– Извините, если заставил вас принять мое предложение, – внезапно сказал он, глядя в стакан с виски. Потом посмотрел на меня и произнес: – Прошло слишком много времени с тех пор, как я проводил время с… ну вы понимаете… был на свидании с женщиной. Много работы… и прочее.