Пунические войны полностью

Предыстория первой Пунической войны освещается в небольших исследованиях А. В. Мишулина, А. Г. Бокщанина, Π. Н. Таркова и О. С. Оржеховского^{90}. Авторы правомерно заявляют: римляне были убеждены, что никогда не предпринимали никаких войн, кроме законных и справедливых. Уже исходя из этого, следует особо критически относиться ко всем римским источникам.

Напряженная дипломатическая борьба во время Пунических войн и создание противоборствующих коалиций показаны в исследованиях Η. Н. Трухиной^{91}. В статье «Политика Рима в Восточном Средиземноморье во второй половине III в. до н. э.» отмечено, что римско-этолийский пакт 211 года характеризуется как соглашение о военном сотрудничестве, не влекущее за собой никаких юридических обязательств для партнеров. Автор приводит интересные сведения о заключении скрепленного договором союза между Ганнибалом и Македонским царем Филиппом V в 215 году. Ряд ее статей и монография «Политика и политики «золотого века» Римской республики» вносят ясность в сложные перипетии политической борьбы в Риме в эпоху Ганнибаловой войны, вскрывают причины этой борьбы, подробно анализируют политические программы партийных группировок и их представителей.

Римско-италийские отношения, исследуемые Η. Н. Беловой, Ф. М. Нечаем и И. Л. Маяк^{92}, также затрагивают проблему Пунических войн и помогают понять внутреннее состояние римской рабовладельческой республики, от которого во многом зависело успешное ведение войны с Ганнибалом. Особого внимания заслуживает вывод Маяк о том, что Пунические войны стали серьезным испытанием созданной Римом системы господства в Италии. Эта система оправдала себя, римско-италийский союз выдержал испытание войнами. Прочность римско-италийской коалиции единодушно признана советской историографией, отметившей хорошо известные «различные типы федеративных устройств от эфемерных образований до устойчивых федеративных государств типа римско-италийской федерации»^{93}. Ценными являются сведения Нечая о римской колонизации и двух видах колоний — гражданского и латинского права, об их отношении к войне Рима с Карфагеном. Исследуя римско-италийский плебс и его роль в политической, экономической и военной сферах Римской республики, автор пришел к заключению, что при военной опасности плебс шестого разряда, отстраненный от несения воинской службы, призывался в сухопутную армию и оставался ее постоянным и неисчерпаемым резервом. Так было и во время Ганнибаловой войны после поражения при Каннах^{94}.

Понять процессы, происходившие в недрах Римской и Карфагенской рабовладельческих республик эпохи войн между ними, помогают исследования крупнейшего советского романиста С. Л. Утченко^{95}. Он отмечает, что государственные органы Рима находились в расцвете и поэтому были более дееспособными по сравнению с отжившими пуническими. «Этим, — продолжает ученый, — и объясняются конечные результаты войн: тот факт, что, несмотря на сокрушительные поражения в самом начале, римляне все же выиграли войну и торжествовали свою победу над карфагенянами»^{96}. Превосходство римлян, по мнению Утченко, заключалось в том, что их армия была гражданским ополчением из собственных граждан и союзников, а пунийцы комплектовали армию из наемников.

С разгромом фашистской Германии и победой народно-демократического строя в ряде стран Европы началось строительство социалистического общества. Положив в основу исследований проблем античной истории марксистско-ленинскую методологию, ученые социалистических стран по-новому освещают вопросы античности.

Пуническим войнам отвел много места в монографии «Захватнический Рим» венгерский исследователь И. Кертес^{97}. Он исходит из ленинского определения войн Рима с Карфагеном как захватнических с обеих сторон. Во всей сложности войн помогает разобраться проведенный им анализ международных отношений, договоров и союзов. Важнейшие сражения, отношение к войнам различных италийских племен и народов Африки, Балканского полуострова и стран Восточного Средиземноморья исследованы по сообщениям Ливия, Полибия, Аппиана, Флора и других античных авторов. Особое место в монографии отведено Ганнибаловой войне и переходу пунического полководца через Альпы. Рассматривая трудности в комплектовании римской армии, Кертес правильно утверждает, что неиссякаемым источником ее пополнения были римские граждане и их союзники — италийцы. Этот фактор и стал определяющим в окончательной победе Рима над Карфагеном и всем Средиземноморьем.