В целом армия была разношерстной: в ней служили карфагеняне и их союзники, а в случае необходимости (она возникала довольно часто) вербовались многочисленные наемники — нумидийцы (коренные кочевые племена Северной Африки), иберы (испанцы), галлы, италийцы, по различным причинам покинувшие свою родину. Набор и подготовка наемников для военного похода занимали много времени, кроме того, наемники были ненадежны и опасны, иногда опаснее, чем враги, их настроения во многом зависели от политической обстановки и уплаченной им суммы. Известно, что наемники и союзники часто обращали свое оружие против Карфагена. В этом основной недостаток пунической армии. Главной ударной силой ее была конница. Она доказала свое превосходство перед римской в первой и второй Пунических войнах. Ф. Энгельс отмечал, что этот род войск всегда обеспечивал пуническим полководцам победы{163}. Однако римский полководец Сципион лишил карфагенян этого преимущества, когда покорил Испанию и заключил союз с нумидийским царем Масиниссой. В конечном счете нумидийская кавалерия помогла обеспечить победу Риму в последней битве Ганнибаловой войны — при Заме.
Военно-морские силы обоих государств находились на разном положении. Морской флот Рима до Пунических войн не играл заметной роли. Даже служба во флоте не была почетной. Комплектовался состав флота из самых низких разрядов населения. Моряки всегда находились на полном государственном обеспечении.
Гордостью Карфагена всегда был его военно-морской флот. В этом состояло одно из преимуществ пунической армии над римской.
Что же касается государственного устройства Рима и Карфагена, то оно было схожим: римский сенат состоял из богатых и знатных, карфагенский — также из богатых и знатных. Основу римского сенаторского сословия составил нобилитет, т. е. знать. Богатство было определяющим в выборах на высшие государственные должности в Риме. Знатность, т. е. благородное происхождение, и богатство считались самым надежным мандатом при выборах и назначении на государственные должности в Карфагене. За деньги можно было купить любой пост. Аристотель (Полит., II, 8, 6) делает из этого вывод: «
Государственное устройство Карфагена описали греко-римские авторы Полибий (VI, 51), Аристотель (Полит., II, 8; IV, 5; V, 10) и Юстин (XIX), которым не все было попятно в чужих институтах, Аристотель назвал государственный строй карфагенян переходным от монархии к аристократии или демократии, которая клонилась к олигархии. До начала войн с Римом у власти стояла аристократия. Высшая исполнительная власть находилась в руках суффетов (царей), ежегодно избиравшихся народным собранием из среды знатных и богатых (Корн. Ней., Ганниб., VII, 4). Суффеты не должны были принадлежать к одному и тому же роду — это исключало установление диктатуры. Они были верховными судьями и никаким особым влиянием не пользовались, даже не имели права на военную власть. Аристотель (Полит., II, 8, 5) отмечает, что пунийцы выбирали как царей, так и полководцев. Сенат, насчитывающий 300 человек, состоял из самых знатных и богатых, пожизненно облеченных властью. В сенате выделялся совет старшин — высший орган власти, состоявший первоначально из десяти, позже из тридцати человек. Он вел текущую работу. В совете старшин сначала все вопросы обсуждались, а затем выносились на окончательное решение большого совета ста четырех (все члены совета из состава сенаторов). В его функции входили кроме решения внутренних вопросов надзор за полководцами и ведение внешних сношений. Он же являлся высшим контрольным и судебным органом карфагенской олигархии. Члены большого совета ста четырех избирались коллегией — советом пяти (Арист., Полит., II, 8, 4). Перед советом пяти отчитывались даже полководцы. Больше о его функциях истории ничего не известно.
