Четверо немцев рухнули, как подкошенные, двое оставшихся невредимыми – бросились бежать к аптеке. Раздалась очередь Котёночкина – один из бегущих, неловко споткнувшись о невидимую преграду, выронил автомат и рухнул на мостовую, второй, избежавший пуль лейтенанта – вскинул свой «штурмгевер» и выпустил очередь на полмагазина в сторону огневой Котёночкина. Вторую очередь он выпустит не успел – щёлкнул винтовочный выстрел, и последний немец, согнувшись пополам, рухнул, поджав руки с автоматом под себя.
– Всё? – спросил Костенко.
– Кажись, да. Пойдём, проверим. Я смотрю, ты страхуешь.
– Добре.
Из четверых чешских партизан один подавал признаки жизни – пули попали ему в бедро и живот. Раненый был в сознании, но дышал тяжело, хрипел, изо рта сочилась сукровица пополам с серо-жёлтой пузырящейся массой. Савушкин печально покачал головой.
– Не жилец? – Спросил Костенко.
Капитан лишь отрицательно покачал головой, но достал перевязочный пакет. Вдвоём они наложили бинт на раны – но их усилия оказались напрасными: чешский партизан, в последний раз тяжело вздохнув, затих, его глаза остекленели. Савушкин молча снял фуражку, то же сделал Костенко.
Четверо немцев в скверу были мертвы – выжить с пятью-шестью попаданиями в жизненно важные органы было бы мудрено. А вот тот, которого подстрелил Котёночкин – как оказалось, был лишь легко ранен в плечо. Савушкин тяжело вздохнул – и где она, справедливость? Но немца всё же пришлось перевязать…
В сквер тем временем начали подходить местные жители. Вскоре раздался женский плач – какая-то чешка, бессильно опустившись на газон рядом с убитыми, завыла, как раненая волчица. Савушкин. увидев подходящего главаря партизан – жестом подозвал его к себе.
– Немцы ещё есть в селе?
Тот лишь пожал плечами.
– Nevím. Taková auta byla dvě…[53]
Твою ж мать! Савушкин мгновенно подобрался, крикнул старшине «Олег, немцы ещё есть!» и метнулся к арке, у которой их ожидал радист. Из проулка, где они оставили свой «хорьх» и раненого курсанта – раздался тяжёлый, глухой взрыв.
– Олег, наша машина!
– Слышу! Капут!
Вдвоём они подбежали к арке. Радист присел за пристенок, но, увидев своих товарищей – встал и опустил автомат.
– Слыхали?
– Да, Похоже, нет у нас машины….
Савушкин, оглянувшись, произнёс:
– Есть «ганомаг». На нём попробуем уехать. Но пока… Андрей, включай свою машинку. И антенну забрось, будем на передачу работать.
– Морзянкой?
– Голосом. Не до шифровок. Давай на частоту барона.
Через три минуты рация была готова к работе. Савушкин, одев наушники, взял в руки микрофон.
– Гауптман Вейдлинг вызывает барона. Гауптман Вейдлинг вызывает барона.
В наушниках щёлкнуло, и Савушкин услышал знакомый голос.
– Эрнст, мой мальчик, что случилось? Мы пока в Шлиссельбурге, шкаф нервничает, грузчики ещё не приехали. Будут в лучшем случае завтра вечером. Повторяю – будут завтра вечером.
– Густав, дружище, вы можете гарантировать, что отправите шкаф утром одиннадцатого мая?
– М-м-м… Это точная дата?
– Точная. Утром одиннадцатого шкаф будут ждать наши грузчики. В Непомуке.
– Хорошо. Одиннадцатого мая утром в Непомуке.
– До связи.
– До связи, мой мальчик. Я слышу по голосу, что вы попали в переделку. Будьте осторожны!
– Вы тоже, Густав. До связи!
Савушкин отключился, подумал и промолвил:
– Теперь – на частоту СМЕРШа Первого Украинского.
Чепрага молча кивнул и закрутил верньерами. Поколдовав над нацией, он коротко бросил: «Готово».
– Штефан вызывает Смальту. Штефан вызывает Смальту. Штефан вызывает Смальту….
– Смальта на связи.
– Смальта, Ворон будет в Непомуке, между Блатной и Пльзенем, одиннадцатого мая утром. Повторяю, Ворон с сопровождением будет в Непомуке между Блатной и Пльзенем одиннадцатого мая утром.
– Принято, Штефан. Ворон будет между Блатной и Пльзенем в Непомуке утром одиннадцатого мая.
– Установите связь с командиром батальона, который там будет находится. Ротмистр Кучинский. Повторяю – связь с командиром батальона ротмистром Кучинским. Он лично знает Ворона и сможет его опознать. Он готов к сотрудничеству. Повторяю, он лично знает Ворона и может его опознать, он готов сотрудничать.
– Принято, Штефан. Мы установим связь с ротмистром Кучинским. СК.
– СК. – Савушкин отключился и вытер пот со лба. Помолчав с минуту, он произнёс:
– Андрей, настройся на частоту власовского батальона.
Радист кивнул, покрутил верньеры, бросил традиционное: «Готово!» и уступил место у рации командиру. Увы, повторить успех двух предыдущих сеансов повторить не удалось – сколько Савушкин не пытался. На его «Штефан вызывает Петра Николаевича» эфир отвечал лишь потрескивающей тишиной.
Савушкин бессильно опустил руки. Лейтенант, положив ему руку на плечо, произнёс негромко:
– Лёша, ты всё сделал. Они его поймают.
Савушкин покачал головой.
– Они могут не установить контакта.
– Установят. Даже без нас. Мы сейчас всё равно ничего не сделаем, пошли.
Савушкин вздохнул.
