После того как Тирания перевела весь этот пассаж, свет в лаборатории потушили, а тетя и племянник в кромешной тьме принялись колдовать наперегонки. Как в лихорадочном сне, из этой тьмы возникали какие-то видения, которые стремительно вытесняли друг друга.
В воздухе появились огневые вихри, они со свистом вертелись, все сближаясь и образуя своего рода огненный смерч, который все больше уплотнялся и превратился в конце концов в большого червя, и его проглотил клюв, который повис над сосудом сам по себе, без птицы. Затем проплыло серое облако, из которого торчал скелет собаки, его кости тут же на глазах превратились в пылающих змей и, свернувшись клубком, упали на пол; в тот же миг появилась лошадиная голова с пустыми глазницами, она скрипела зубами, а ржанье ее звучало как страшный хохот; вокруг сосуда с пуншем желаний крысы с крошечными человеческими личиками водили хороводы, а огромный синий клоп, на спину которого забралась ведьма, бежал наперегонки с таким же большим желтым скорпионом, на котором восседал колдун. Розово-красные пиявки, словно тяжелые капли, падали с потолка; яйцо величиной с человеческий рост разбилось, и из него выскочила куча маленьких черных рук, и они, как пауки, расползлись во все стороны; вдруг появились песочные часы, в которых песчинки сыпались снизу вверх; в темноте плавала охваченная пламенем рыба; крошечный робот на трехколесном велосипеде проткнул копьем каменного голубя, который тут же стал пеплом, а по пояс оголенный великан с совершенно лысой головой непрерывно стягивался и растягивался, как мехи гармошки…
Одни видения все быстрее и быстрее сменялись другими, и все они исчезали в конце концов в сосуде с пуншем, который при этом всякий раз вскипал и шипел, словно в жидкость окунали раскаленную железку.
Видения сменяли друг друга с такой быстротой, что их уже нельзя было разглядеть, и все это завершилось чем-то вроде взрыва, во время которого пунш желаний в сосуде из холодного огня окрасился в красно-оранжевый цвет. И тогда Заморочит зажег свет.
Он сам и его тетя чувствовали себя после этого совместного напряжения совершенно разбитыми. Им пришлось подбодрить себя волшебными пилюлями, придающими силы, чтобы быть в состоянии выполнить последнее, и самое трудное, условие рецепта. А позволить себе даже краткий отдых уже было нельзя — время неумолимо убегало.
Это четвертое и последнее условие изготовления пунша вообще было невыполнимо в нашем мире, где господствуют такие понятия, как время и пространство. Для этого необходимо было перенестись в четвертое измерение, где все происходит вне времени и пространства. Все объяснения к этой части были написаны на внеорбитальном языке, перевести с которого невозможно, потому что там речь идет только о вещах и обстоятельствах четвертого измерения, а в нашем мире всего этого просто не существует.
Это четвертое условие, последнее, но так трудно выполнимое, и придавало пуншу желаний способность выполнять все загаданное как раз наоборот.
Вот как звучит введение в эту большую часть:
Эту часть рецепта не смогли прочесть ни Заморочит, ни Тирания. Но они знали, что на внеорбитальном языке говорят только в четвертом измерении, значит, у них был лишь один выход — немедленно туда отправиться. При этом надо иметь в виду, что четвертое измерение находится не где-нибудь в отдалении, а там же, где и мы, но только мы его не воспринимаем, потому что ни наши глаза, ни наши уши для этого не приспособлены.
Тетя Тира одна не знала бы, что делать дальше, но Вельзевул помнил метод, с помощью которого можно перепрыгнуть в другое измерение.
Он принес шприц и маленькую бутылочку причудливой формы, в которой находилась какая-то бесцветная жидкость. На ней было написано:
«ЛЮЦИФЕРОВО САЛЬТО».
— Это надо впрыснуть прямо в кровь, — сказал он.
Тетя Тира понимающе кивнула:
— Теперь я убедилась, мой мальчик, что не зря тебя учила. У тебя есть опыт обращения с этим зельем?
— Небольшой, тетя Тира, но есть. Я с его помощью совершал небольшие путешествия в другие измерения. Иногда в научных целях, но чаще просто для удовольствия.
— Так давай сейчас же отправимся.
— Но я должен тебе сказать, дорогая тетушка, что путешествие это не безопасное. Здесь все дело в дозировке.
— Что это значит? — спросила ведьма.
Заморочит так усмехнулся, что тетке стало не по себе.
