Гордеев шагал по тропе, петляющей меж скалистыми вершинами. Шел долго. Было жарко, пот заливал глаза, дышалось с трудом. Плюнуть бы и вернуться назад, откуда пришел, но нельзя, нужно идти до конца – он это знал.
Ну, вот и финиш. Тропа привела к обрыву. Николай остановился на краю кручи. Поднял голову и встретился взглядом с пронзительными, изучающими его глазами незнакомца. Человек сидел в позе лотоса на скальном уступе, по ту сторону ущелья. Судя по внешности – из Тибета. Облачен в одеяние буддийского монаха – не иначе, лама. Пожилой, в глазах – мудрость. На устах застыла безмятежная улыбка.
Какое-то время они разглядывали друг друга, соблюдая молчание, затем лама разомкнул губы:
– Легко же тебя ввести в заблуждение, мой ученик…
Николай вытаращился на него:
– Учитель?!..
Тот усмехнулся:
– В астральном мире любое существо может принять какие угодно формы и обличия. Этот мир – сплошная иллюзия. Как и все остальные измерения.
– А наш, земной?.. – в растерянности поинтересовался молодой человек.
– Твой материальный план еще большая нереальность. Иллюзия в иллюзии, творящая иллюзию.
И пояснил:
– Вскоре ты поймешь смысл этого. Вместе с ростом духа вырастет и твой интеллект. Очень скоро, мой ученик.
И тут лама преобразился – на краю утеса стоял седобородый старец, укутанный в плащ звездочета.
– Туда, – Учитель простер руки в сторону восходящего солнца, – тебе нужно туда!
Старец взмахнул широким рукавом, на Гордеева опустилось облачко плотного тумана, и он мгновенно заснул.
Когда Николай очнулся… вот чудеса! он летел на том самом воздушном шаре из астрального странствия в ягодкинское подсознание. Сидел в корзине, на скамеечке – такой низкой, похожей на лавочки в детском саду.
Посидел, привел в порядок мысли. Поднялся, окинул взглядом окрестности. Под ним расстилалась все та же горная страна, изрезанная ущельями и скалами. А впереди высилась чудовищная по размерам вершина. Видимо, к ней-то и держал курс аэростат, управляемый невидимой силой.
Вскоре догадка Николая подтвердилась. Шар взмыл высоко вверх и навис над горой-великаном, верхушка которой заканчивалась кратером.
«Потухший вулкан», – мелькнуло у Николая.
Между тем аэростат стал снижаться прямо в гигантскую чашу. Когда гондола коснулась дна воронки, Николай спрыгнул вниз. Осмотрелся, заметил неподалеку какой-то предмет, тускло отсвечивающий в полумраке кратера. Подошел поближе – оказалось массивное кольцо люка. Ухватился, поднатужился и сорвал крышку.
Взору открылась штольня с уходящей во тьму металлической лестницей. Недолго думая, Николай ступил на первую ступень. На миг оглянулся, увидал светлое пятно неба и принялся спускаться.
Штольня-колодец оказалась не такой уж и глубокой. Не прошло и минуты, ступени закончились, и его ноги коснулись твердой поверхности. Наугад пошел в темноте, через несколько шагов вытянутые руки наткнулись на холодную поверхность стены. Так вдоль стеночки, на ощупь двигался он, пока не обнаружил проем.
Едва успел войти – все вокруг осветилось – разом вспыхнули факелы, выхватив из тьмы подземный чертог. Так это же…
Николай удивленно присвистнул. Так это же тот самый зал, где он повстречал впервые Учителя! И сейчас, приглядевшись, он увидел восседающего на троне благородного старца.
– Жду тебя, – молвил тот. – С прибытием!
Николай приблизился.
– Усаживайся, – приглашающим жестом мудрец указал на пышный ковер у подножия престола.
Когда молодой человек устроился поудобнее, Учитель велел ему глядеть на огромный алмаз, укрепленный в навершии трона, ни в коем случае не отводя взгляд.
Николай подчинился. Уставившись на сверкающий множеством граней драгоценный камень, поначалу он ничего не чувствовал. Переливчатый бриллиантовый блеск слепил его, вызывал слезы… Но вскоре глаза привыкли и перестали слезиться. Такое ощущение, что зрение обострилось, а угол охвата расширился. Постепенно он, Николай, как бы проник внутрь кристалла. Разум его пребывал одновременно в двух местах – в человеческом теле и материальной структуре минерала. Затем ощущение плоти пропало, и он одной лишь силою мысли принялся исследовать предмет созерцания, путешествуя внутри его бесчисленных слоев и полостей.
И, когда он добрался до самой сердцевины кристалла, реальность перевернулась, и Николай очутился в глубине грандиозного облака, простирающегося на всю Вселенную. В то же миг тысячи, миллионы импульсов энергоинформации пронзили его, наполняя все существо Знанием. Знание содержало Мудрость мироздания. Он купался в волнах этого Знания, насыщался им, впитывал в себя. И, когда понял, что его личная мудрость равна богам, а сам он вместил в себя весь огромный космос с многочисленными мирами, человек по имени Николай Гордеев исчез, и вместо него появился совершенный дух…
