— Присаживайтесь, господин Сюр. У меня к вам есть серьезный разговор.
— И вам добрый день, — немного напрягся Сюр. Он ожидал другой встречи, но и к такому повороту был готов. Вполне возможно, что служба безопасности, получив карт-бланш на проведение расширенного расследования действий охранного агентства, можно сказать, закусила удила. Сюр понимал, эти ребята стараются воспользоваться моментом и упрочить свои позиции, для этого можно напрячь и Сюра. Ведь это он подкинул им информацию об оружии и стрельбе в офисе агентства. Чего Вилстрон добивался, можно было лишь предположить. Сделать своим агентом? Возбудить уголовное дело? И если не привлечь к ответственности, то изгнать со станции… Вариантов давления много, но вот предъявить ему было нечего. Слова без доказательств ничего не значили. Хотя у Вилстрона, судя по всему, был иной взгляд на эту ситуацию.
«Ну-ну, попробуй», — мысленно усмехнулся Сюр и, изобразив вежливое внимание на лице, сел за столик.
— Господин Сюр, мы благодарны вам за то, что вы помогли раскрыть такое ужасное преступление. Сейчас вскрываются некоторые неприглядные моменты действий известного вам охранного агентства. Но вместе с тем у службы безопасности есть к вам вопросы, и от того, насколько вы правдиво на них ответите, будет зависеть ваше будущее.
— Господин Вилстрон, — сохраняя невозмутимое выражение на лице, отозвался на пассаж своего визави Сюр. Лишь в его глазах появлялись и исчезали насмешливые искорки. — Как законопослушный гражданин станции «Мистфайр» я готов сотрудничать с ее героической службой безопасности и отвечу на все ваши вопросы предельно честно и откровенно.
— Рад это слышать, — с подозрительностью в голосе произнес Вилстрон. — У меня к вам вопрос… Пока первый. И от того, что вы ответите, будет зависеть, как будет проходить наша дальнейшая беседа.
— Задавайте ваш вопрос, господин Вилстрон.
— Кто напал на агентство «Ваша защита — наше дело»?
— Я знаю то же, что и остальные жители станции, кто слушает новости. Предположительно, это внутренние разборки… Потом там работала СБ.
— Не шутите со мной, господин Сюр, — нахмурился Вилстрон. — На прошлой нашей встрече в этом кабинете, — Вилстрон сделал нажим на словах «в этом кабинете» и многозначительно посмотрел на Сюра. Но Сюр и ухом не повел. Вилстрон раздраженно скривился, но продолжил: — Вы говорили, что кто-то совершит нападение на агентство.
— Я это говорил? Не может быть, господин Вилстрон. Вы что-то путаете.
У Вилстрона заиграли желваки. Но он сумел сдержаться. Успокоился и произнес:
— У меня есть запись нашего разговора.
— Да что вы говорите? — воскликнул Сюр и сделал вид, что искренне удивился. — Предоставите ее, и я послушаю вместе с вами.
— Без проблем, — усмехнулся Вилстрон и достал карманный коммуникатор. Положил на стол и включил. — Вот послушайте.
Из коммуникатора раздалось шипение. Сюр склонил голову и внимательно слушал. Так продолжалось минуты полторы.
— Вы считаете, что это я?.. И что вы в этом шипении услышали?..
Вилстрон выглядел побледневшим и явно сильно удивленным.
— Но как?.. — не скрывая расстройства, спросил он.
— В каком смысле? — уточнил Сюр.
— Ведь я записывал наш разговор…
— Так никакого особого разговора не было, господин Вилстрон…
— Этого не может быть, я точно помню, что мы условились с вами найти эмпи-пушку в агентстве.
— Да, я это слышал от вас, — согласился Сюр. — Вы сказали, что знаете о наличии запрещенного оружия у сотрудников агентства, и просили меня помочь вам. Вы хотели использовать мои связи с веем Бишопом и его группой в совете станции. Вы просили меня связаться с ним и заручиться его поддержкой. Но что я, простой гражданин, могу сделать? Я не вхож в совет станции. У меня нет связей среди членов совета. Я отказался, потому что это не в моих силах. Вот. И весь наш разговор сводился к тому, что вы хотели прижать вея Либерия через его пасынка и остаться на своем месте. Поэтому и задумали эту операцию. Отвечая на ваш вопрос, могу предположить, что кто-то из ваших сотрудников, тайных агентов, устроил в агентстве стрельбу и вы это использовали для проникновения в это погрязшее в беззаконии агентство. Поздравляю, весьма блестяще проведенная операция.
— Сюр, что вы такое говорите? Это была ваша идея…
