Надо полагать, побывал поэт и у своих родичей Ганнибалов. В Петровском жил Вениамин Петрович, в Воскресенском – кто-то из детей Исаака Абрамовича.
По обыкновению, Пушкин вел оживленную переписку. Сохранившиеся письма его к А. А. Дельвигу, М. П. Погодину, письма к нему П. А. Плетнева свидетельствуют о неизменном интересе поэта к событиям литературной жизни, изданию своих сочинений, журналам и альманахам, в которых он печатался. Его суждения, как всегда, доброжелательны, но строго принципиальны.
Большая же часть времени была отдана творчеству. Сразу по приезде писал Дельвигу: «Я в деревне и надеюсь много писать». И надежды его не обманули. За осенние месяцы 1827 года ему удалось сделать немало.
31 июля Пушкин переписал с небольшими изменениями для публикации в «Северных цветах» элегию «Под небом голубым страны своей родной…» – вероятно, с того листа, на котором годом раньше сделал шифрованную запись о казни пятерых декабристов.
В тот же день он набросал начерно карандашом «Акафист Екатерине Николаевне Карамзиной»:
Несколько позже написал стихотворение «Близ мест, где царствует Венеция златая…» (из А. Шенье) о влюбленном в свою песню гондольере, но больше о себе:
Здесь то же настроение, те же образы, что и в написанном накануне отъезда из Петербурга, в годовщину трагических событий середины июля 1826 года, «Арионе». «Буря» декабрьских событий, гибель смелых «пловцов» и спасенный провидением певец, верный «прежним» своим песням… – к этим образам Пушкин возвращается, не может не возвращаться вновь и вновь.
О певце-поэте и стихи, содержавшиеся в письме М. П. Погодину 20-х чисел августа. Они следовали сразу за словами: «Я убежал в деревню, почуя рифмы».
Стихотворение предназначалось для публикации в журнале «Московский вестник».
Это не проповедь чистого искусства, не призыв к бегству от людей, а выражение вполне конкретного душевного состояния автора в определенный момент его жизненного и творческого пути, защита «тайной свободы», независимости поэтического творчества, что всегда было для Пушкина задачей первостепенной важности.
10 августа 1827 года помечена XIV, предпоследняя строфа шестой главы «Евгения Онегина» – «Так, полдень мой настал…» (первоначально Пушкин предполагал, что она будет последней). В августе-сентябре в Михайловском были написаны последние строфы шестой главы и первые строфы седьмой, где жизнерадостные весенние мотивы сочетаются с грустными мыслями о собственной судьбе; прощальные слова, обращенные к недавнему прошлому, с приглашением, обращенным к читателю:
Но не стихи, а проза стали главным делом Пушкина в эти осенние месяцы 1827 года. «…Принялся я за прозу», – сообщал он Дельвигу 31 июля. Он писал свое первое крупное прозаическое произведение – роман «Арап Петра Великого».
