С первого взгляда наружность его казалась невзрачною. Среднего роста, худощавый, с мелкими чертами смуглого лица. Только когда вглядишься пристально в глаза, увидишь задумчивую глубину и какое-то благородство в этих глазах, которых потом не забудешь. В позе, в жестах, сопровождавших его речь, была сдержанность светского, благовоспитанного человека.
Лучше всего, по-моему, напоминает его гравюра Уткина с портрета Кипренского. Во всех других копиях у него глаза сделаны слишком открытыми, почти выпуклыми, нос выдающимся – это неверно. У него было небольшое лицо и прекрасная, пропорциональная лицу голова, с не густыми, кудрявыми волосами.
И.А. Гончаров. В университете (воспоминания). – Вестн. Европы, 1887, № 4.
«Помню, – сказал мне очевидец, тогдашний студент, – помню, как сквозь седины Каченовского проступал яркий румянец и как горели глаза Пушкина»… Бой был неравен, судя по впечатлению приятеля: он и теперь еще, кажется, более на стороне профессора, – и не мудрено! Пушкин угадывал только чутьем то, что уже после него подтвердила новая школа филологии неопровержимыми данными; но этого оружия она еще не имела в его время, а поэт не мог разорвать хитросплетенной паутины «злого паука».
А.H. Майков. Предисловие к переводу «Слова о полку Игореве».
(Посещение Пушкиным университета и спор его с Каченовским о «Слове о полку Игореве».) Разговор был крупный, и тогдашний студент-очевидец М.Д. Перемышльский передавал мне, что Пушкин показался студентам очень похожим на обезьяну, и что один из них, по поводу спора, тут же экспромтировал:
Соч. Пушкина под ред. П.А. Ефремова, т. VII, с. 475.
Кто тебе говорит, что я у Баратынского не бываю? Я и сегодня провожу у него вечер, и вчера был у него. Мы всякий день видимся… На днях был я приглашен Уваровым в Университет. Там встретился с Каченовским (с которым, надобно тебе сказать, бранивались мы, как торговки на Вшивом рынке). А тут разговорились с ним так дружески, так сладко, что у всех предстоящих потекли слезы умиления. Благодарю, душа моя, за то, что в шахматы учишься. Это непременно нужно во всяком благоустроенном семействе; докажу после. На днях был я на бале у кн. Вяз. Тут была графиня Салогуб, гр. Пушкин (Владимир), Auroге (Аврора Карловна Шернваль), ее сестра (графиня Эмилия Карловна Мусина-Пушкина) и Natalie Урусова. Я вел себя прекрасно; любезничал с гр. Салогуб (с теткой, entendons nous) и уехал ужинать к Яру, как скоро бал разыгрался. Дела мои идут своим чередом. Мне пришел в голову роман (Дубровский), и я, вероятно, за него примусь; но покамест голова моя кругом идет при мысли о Газете. Как-то слажу с нею?
Пушкин – Н.Н. Пушкиной, в конце сент. 1832 г., из Москвы.
Секретно. Чиновник 10 класса Александр Сергеев Пушкин из С.-Петербурга прибыл ныне сюда в Москву и остановился Тверской части в доме Обера в гостинице «Англия», за коим и учрежден надзор.
Полицмейстер Миллер в рапорте и. д. моск. обер-полицмейстера, 10 окт. 1832 г. – Кр. Арх., т. 37, с. 244.
Пушкин был недели две в Москве и третьего дня уехал. Он учится по-еврейски, с намерением переводить Иова, и намерен как можно скорее издавать русские песни, которых у него собрано довольно много.
П.В. Киреевский – Н.М. Языкову, 12 окт. 1832 г. – Историч. Вестн., 1883, дек., с. 535.
Секретно. Состоящий под секретным надзором полиции отставной чиновник 10 кл. Александр Пушкин, квартировавший Тверской части в гостинице «Англия», 16 числа сего месяца выехал в С.-Петербург, за коим во время жительства его в Тверской части ничего предосудительного не замечено.
Полицмейстер Миллер в рапорте и. д. обер-полицмейстера, 18 окт. 1832 г. – Кр. Арх., т. 37, с. 244.
Александр возвратился в Петербург. Он приехал из Москвы с мучительным ревматизмом в правой ноге, но, несмотря на это, возится с переборкой на новую квартиру,
Н.О. Пушкина – О.С. Павлищевой и Л.С. Пушкину, 20 окт. 1832 г. – Л.Н. Павлищев. Воспоминания, с. 303.
19 октября была лицейская сходка годичная, не людная: Корф, Комовский, Корнилов, Стевен, Пушкин, Яковлев, Илличевский, Данзас, итого восемь человек. Собрание было у Илличевского, в квартире женатого брата его. Пушкин говорил довольно милые стишки. Поминали старину, поминали отсутствующих, умерших.
Е.А. Энгельгардт – Ф.Ф. Матюшкину, 23 окт. 1832 г. – Пушкин и его совр-ки, вып. XIII, с. 52.
