— Любая. Южная Америка, Ближний Восток, Юго-Восточная Азия — какая разница? Может быть, Роупер все расскажет. Или удастся использовать его как пугало для Рендалла. Этот парень очень решительно настроен.
— Нам нужно навести о нем справки, — сказала Френки. — Раз мы проведем здесь еще час, можно о нем порасспрашивать.
— Обратись к бармену, — посоветовал я. — Он в тебя влюбился. Только не выходи за него замуж, ладно? А то я могу расстроиться.
Она потрепала меня по щеке и направилась к стойке. Я не стал следовать за ней, чтобы не мешать, и устроился за столиком.
— Что будете пить, сэр?
Передо мной стояла прежняя официантка.
— То же, что и ты. Если составишь мне компанию, — я улыбнулся.
— Вообще-то нам запрещено пить с клиентами, — протянула Ким, хотя весь ее вид говорил об обратном. — Но ты — такой милашка… Я сейчас.
В отличие от бармена, она явно не умела отличить человека из высшего общества и вести себя с ним соответственно.
Пока она ходила за напитками, я смотрел в спину Френки, оживленно болтавшей с барменом, и размышлял о фразе «представительница прекрасного пола». Разве это не глупо? Может ли быть «представитель прекрасного пола»?
— А вот и я, — официантка уже сидела рядом со мной. За несколько минут отсутствия она успела подправить прическу и расстегнуть верхнюю пуговицу форменной блузки. Ее груди не вываливались наружу, но мне было на что посмотреть. Она поставила на стол стакан с какой-то мутноватой жидкостью, второй был зажат в руке.
— Милое местечко, — я широко улыбнулся и взял бокал. Пить я, разумеется, не собирался — у меня и так вредная работа, чтобы лишний раз отравлять свой организм.
— Никогда тебя здесь раньше не видела, — Ким присосалась к мутноватому напитку, и его уровень резко понизился.
— Странный парень, этот Сэм Роупер, — я задумчиво поболтал стакан в руках.
— Верно. Он где-то там служил, и теперь немного не в себе. Говорят, он один остался в живых из целого батальона, — ее пальцы дотронулись до моей руки. — Вообще-то он парень ничего, но до тебя ему далеко.
Она пододвинулась поближе и слегка наклонилась ко мне, предлагая мне оценить ее розовую плоть, открывавшуюся за вырезом блузки. Одновременно с этим я почувствовал, как ее нога ласкает мою под столом. Пожалуй, придется отдавать брюки в химчистку. Я улыбнулся еще шире и чуть отодвинулся.
— У него есть друзья?
— Ты противный, — Ким слегка стукнула меня по руке. — Почему ты говоришь только о нем? Или ты гомик? — она посмотрела на меня с подозрением. — Эй, приятель, ты гомик?
— Ким, — голос раздался над самым моим ухом. Я обернулся и узнал стриптизершу, которая выступала второй. — Мигель и Сэм подрались.
— Пусть дерутся, — пальцы девушки чуть крепче сомкнулись на моей руке. — Ты же видишь, я занята.
— Да они не друг с другом, — досадливо отмахнулась танцовщица. — Там большая драка на заднем дворе.
Я решительно встал, смахнув с себя официантку. Мне вовсе не улыбалось, чтобы нашего главного свидетеля избили до полусмерти.
— Где это? — спросил я стриптизершу, и та указала мне на боковую дверь, через которую только что вышел Сэм. Я начал проталкиваться туда.
— Так и есть — он гомик, — разочарованно протянула Ким.
Приблизившись к двери, я осторожно потянул ее на себя. Передо мной открылся темный проход, заваленный пустыми ящиками. Я протиснулся мимо них, с сожалением думая о том, что, скорее всего, костюм придется выбрасывать. В конце короткого коридора была еще одна дверь. Я открыл ее и с наслаждением вдохнул запах помойки.
Их было несколько, они находились у дальней стены. Я сделал несколько шагов вперед и увидел Мигеля, неподвижно лежавшего на грязном асфальте неподалеку от меня. Сэм Роупер стоял в углу двора, зажатый с двух сторон стенами ночного клуба и прилегающего к нему здания. На него наседали разом человек пять, но они не могли все вместе достать его в узком углу. Темная кожа бывшего сержанта лоснилась в свете неоновых реклам, горевших на противоположной стороне улицы.
Когда я подошел ближе, один из нападавших нанес Роуперу удачный удар, и негр упал на одно колено. В то же мгновение второй с силой опустил на его голову сжатый кулак. Остальные трое стояли чуть поодаль, наблюдая за происходящим.
Я задумался, стоит ли вытаскивать пистолет. Это было бы наиболее быстрым способом убедить окружающих в своей правоте, однако здесь были и свои минусы. На стрельбу неминуемо съедется полиция, и всех нас заберут в участок. Конечно, никакие неприятности мне бы не грозили, но у меня не было времени, чтобы терять его с копами. Поэтому я оставил пистолет в кобуре.
— Это называется расовой дискриминацией, — громко сказал я, остановившись в нескольких шагах от дерущихся. — Вам говорили в школе, что это нехорошо?
Трое, не участвовавшие в избиении Роупера, медленно повернулись ко мне. Один из них явно был заводилой — среднего роста, с мятой сигаретой в зубах и дешевом, но кичливом костюме. Справа от него стоял щуплый коротышка, слева — высокий вертлявый негр.
— Не лезь не в свое дело, приятель, — пропищал коротышка. — Иди-ка лучше посмотри девочек.
