— Билл Галлап? — он невесело усмехнулся. — Билли Галлап разъезжает теперь в собственном лимузине о двух колесах с ручным приводом. Сразу после возвращения я пару раз приезжал к нему в Оклахому, но потом бросил. Не могу смотреть, как молодой здоровый парень теперь сидит в инвалидной коляске. Сейчас он помощник библиотекаря в том городе, где родился. Билли всегда был башковитым парнем, не то, что я. А остальные все погибли. Гарри Каспер. Хуан Пуэбло. Джон Салливан. Пит Дженнингс. Все погибли. Мы даже похоронить их не смогли, — вертолет забрал нас двоих и улетел. Кости парней до сих пор валяются в джунглях.
Его могучий черный кулак врезался в столешницу, и я подумал, что у этого парня было кое-что общее с Джейсоном Картером. Каждый из них по-своему высоко себя ценил и любил лупить мебель, если что шло не по их правилам.
— Где он? — неожиданно спросил Роупер. — Где этот подонок?
Френки успокаивающе коснулась его руки.
— Мы позвоним вам завтра, мистер Роупер. В таком состоянии вам нечего и думать о встрече с Дуэйном Фоксом.
— Я с ним встречусь, — в голосе бывшего сержанта звучала уверенность. — Уж я-то с ним обязательно встречусь. Так вы позвоните мне?
Я кивнул. Мне не хотелось ему лгать.
— У вас есть ручка?
Я потянулся во внутренний карман и вытащил пару обломков. Роупер усмехнулся. Френки протянула ему свою, и он набросал номер на грязной салфетке. Я кивнул и засунул ее в карман. Испортить этот костюм еще больше было невозможно.
Когда мы встали, Сэм Роупер взял меня за руку.
— Обещайте мне, что свяжетесь со мной, — требовательным голосом сказал он.
— Конечно, — я похлопал его по руке. Мне все же пришлось солгать ему.
— Для меня это очень важно, — глухо сказал бывший сержант. — Я был их командиром. Они мне верили. А я завел на смерть.
— Вашей вины в том не было, — ответил я. — Капитан Фокс руководил операцией.
— Но они все равно верили мне.
Он повернулся и пошел прочь. Его плечи были низко опущены, но я не думаю, что это было от усталости.
Когда я подошел к стойке бара, Франсуаз оживленно беседовала с барменом. Я встал рядом с ними. Он не видел меня, и продолжал говорить.
— Через десять минут я сменяюсь, — его широкое лицо разжвякивалось в открытой улыбке простого честного парня. — Мы могли бы куда-нибудь сходить.
— Извини, приятель, — устало сказал я. — Леди освобождена под честное слово. Если к четырем часам утра я не верну ее в Сен-Квентин, ей будет грозить газовая камера.
Он выпучил на меня глаза, я взял Френки под руку и вывел из клуба.
— Мне постоянно приходится следить за твоим моральным обликом, — посетовал я, когда мы ловили такси.
— Плохо, что пришлось солгать этому человеку, — серьезно сказала она. — Он мне понравился.
— Мне тоже. Но мы не можем позволить, чтобы он заявился в Лос-Анджелес и убил Рендалла. Он нужен нам как рычаг, чтобы давить на Уесли, но не больше. Кроме того, он сам может попасть в беду. Наш приятель из Голливуда умеет за себя постоять, а если бы он убил Роупера, это было бы на нашей совести.
Она кивнула.
— Будем надеяться, что нам удастся восстановить справедливость, — сказала она.
Я обернулся, чтобы посмотреть, не подслушивает ли бравый сержант где-нибудь из подворотни. Если бы он узнал, о чем мы говорим, мы сильно упали бы в его глазах.
Водитель такси, притормозивший около нас, с подозрением осмотрел мой испорченный костюм. По тому, как сморщилось его лицо, я понял, что он не горит желанием взять меня в машину.
— Я заплачу за стирку чехлов, — сказал я, и его сомнения рассеялись.
— До рейса на Лос-Анджелес еще два с половиной часа, — сказала Френки. — Мы можем немного отдохнуть в гостинице, и обязательно позвоним человеку Мартина, чтобы тот держал Роупера под присмотром.
— Сомневаюсь, что меня пустят в приличный отель, — с грустью в голосе заметил я. — Или мне сперва заехать в супермаркет за одеждой?
— Мы можем остановиться и в дешевом мотеле, — ее гибкие руки обвили мою шею, а глубокие глаза оказались совсем рядом с моими. — Мой дельфиненочек.
Я хмыкнул. Иногда мне кажется, что она с легким сердцем может отпустить меня купаться в подогретый бассейн, где вместе со мной станут плескаться десяток обнаженных фотомоделей из «Плейбоя». И в то же время Франсуаз будет полностью уверена, что я, не смотря ни на что, навсегда останусь у ее стройных ножек. Положим, я-то знаю, что это так, но откуда она знает?
— Как все прошло?
Вино искрилось в руках Уесли Рендалла, сжатое узким горлышком бутылки. Лиза Картер обернулась к нему.
— Отец рассказал мне обо всем, что мой герой сделал для меня. Мой верный рыцарь.
Рендалл рассмеялся — легко, но в то же время сдержанно. Поэтому он нравился ей — за ту легкость и собранность, которые отличали все его поступки — когда он проводил на бирже финансовые операции, и когда его крепкие пальцы ласкали ее бедра.
— Как вел себя твой брат?
— Мой маленький братишка? — она рассмеялась. — Джонатан сделал все, чтобы стереть Кларенса с лица земли.
