– А если серьезно, то... Так говоришь, он был депутатом, твой олигарх, – полувопросительно пробормотал он себе под нос и, не дожидаясь ответа, довершил: – Что ж, пора встретиться с этим экс-депутатом. Что-то не нравятся мне его экс, черт подери, депутатские игры!
– Толи депутатом, толи губернатором – точно не знаю. А ты уверен, что он тоже грызет ногти от нетерпения повидаться с тобой?
– Не уверен. Но как поется в одной песенке: don't worry, be happy, я найду способ встретиться с ним. Думаю, ты права – он, вероятней всего, со мной встречаться не жаждет. Но можешь не сомневаться – в крайнем случае он подсунет мне одного из своих бульдогов.
– Ну-ну, дерзай! Бог в помощь, – сказала Алёна. – И о чем же ты собираешься с ним побеседовать? О том, как он устраивает театральные представления с летальным исходом?
– Найдем о чем. Тем вырисовывается много. Знаешь «золотое правило журналистики»?
– Это какое еще?
– Всегда начинай разговор с темы, интересующей интервьюируемого, тогда есть шанс закончить его на тему интересующую интервьюирующего.
– Твое правило нормальный человек едва ли сможет выговорить. Сам придумал?
– Ну и что? Если сам придумал, так оно не может быть золотым?
– Может, может, Алик. Ты слиток золота. Пора спать...
Она склонилась к Максимову и нежно взъерошила ему волосы.
Коллекционеры – счастливые люди.
Иоганн Вольфганг фон Гёте
Марлен Марленович поморщился и отстранил от уха телефон, исторгающий поток истеричных криков. Некоторое время подержал его, сохраняя безопасную дистанцию и всем своим видом демонстрируя раздражение или даже брезгливость, как будто опасался, что до него могут долететь капельки слюны собеседника с другого конца радиолуча. Когда поток пошел на убыль, поднес трубку к уху и спокойно произнес:
- Ты мог бы потише, Матвей? Объясни толком, что случилось. Я понял только то, что кто-то пронюхал что-то. Что именно и кто?
- Я же тебе говорю, Марлен! – все еще плохо владея собой, взвизгнул Матвей Петрович. – Позвонил газетчик...
- От-ста-вить панику! Чч-то тт-ты, как беременная баба! – по-военному расставляя слоги, гаркнул Пронькин. – Докладывай, по порядку, без истерики! В чем дело?
Чувствовался, чувствовался металл в голосе Марлена Марленовича. Умел он командовать – что есть того не отнять. Отчеканивал каждый слог. Хоть в армии и не довелось служить, зато на партийной работе - чем тебе не армия! - зубы съел.
- Я же говорю, – немного успокоившись, сделал вторую попытку Матвей Петрович, – позвонил, представился журналистом, Максимовым. Александр Филиппович, кажется...
- Кажется... – проворчал Пронькин, – ты навел справки, что за фрукт этот Максимов?
- Пока нет, – прибитым голосом пролепетал Матвей Петрович.
- Так наведи!
- Слушаюсь! – попытался подстроиться под босса Матвей Петрович, но стальным у него получился только первый слог.
- Полегче, полегче надо с людьми. Ты не в армии. Расслабься. Толком можешь объяснить – чего хотел твой газетчик?
- Сказал – пишет статью про хобби выдающихся политиков, бизнесменов.
- Так и сказал – выдающихся?
- Да, так и сказал...
- Не нравится мне это, Матвей. К чему бы такая неприкрытая лесть? – обнаружил завидную проницательность Пронькин.
- Вот и мне тоже показалось странным...
- Продолжай, что дальше?
- Дальше... Ну, дальше, говорит, в Интернете… чтоб он сдох от короткого замыкания! – обругал Матвей Петрович «изобретение века», обнаруживая, впрочем, зачатки остроумия, – Наткнулся, говорит, на сообщение о выставке оружия в Твери в прошлом году… Ты помнишь, выставлялись? Раскопал-таки, подлец! Ну и...
- Ну и что?
- С тобой хочет встретиться, вот что! Осмотреть коллекцию, вопросы позадавать. Сам понимаешь, что им надо, журналистам, – переходя на сварливый старушечий тон, проворчал Матвей Петрович: – Подозрительно! Почему именно сейчас?!
- Почему, почему, – передразнил его Пронькин, а потом задумался, – мне вот тоже хотелось бы знать, почему? А, Матвей? Что молчишь?
- Нельзя его принимать, Марлен! – прошипела телефонная трубка голосом Матвея Петровича так зловеще, что Пронькин вздрогнул, словно его ударила в ухо змея. – Ни в коем случае нельзя! Лучше б его, к чертям собачьим, вообще не было!
- Растешь, Матвей, не по дням, а по часам, – удивился проявлению неприкрытой кровожадности своего помощника Пронькин. – Твое предложение насчет «вообще не было» на данный момент не принимается. Рано... Как раз наоборот! Встретимся... И встретишь его ты!
- Я!? – по всей видимости, Матвей Петрович не ожидал такого поворота от своего босса.
- Ты, Матвей! Ты и примешь! А что тут такого? Ты ведь у нас интеллигентный человек... – он сделал паузу, едва заметную, но достаточную для того, чтобы у собеседника закралось подозрение в искренности его слов, – ...и понимаешь, что его очень культурно надо встретить. Оденешь свою дурацкую кепку и встретишь, как полагается встречать гостей радушному хозяину...
- Марлен, – обиженно прогнусавил тот, – это не кепка, это...