При чём тут Форум глистов? Может, вообще ни при чём? И его упомянули просто так, лишь для того, чтобы пришпорить Лилю? Скорее всего. Но это означает, что кто-то из сисадминов в курсе и в деле. Господи, как же они её обложили-то со всех сторон…
На третий день пытки, в среду, к Лиле явилась посетительница. Обычная, невзрачная женщина сорока восьми лет, всем своим видом демонстрирующая, что она именно тот самый человек, который остро нуждается в улучшении жилищных условий. Такая не живёт в нормальной квартире, это очевидно. Видавшая виды водолазка, потертые шерстяные брюки. Неухоженное лицо с грустно и не по возрасту повисшими брылями, тусклые волосы, покрашенные дома дешёвой «блондинистой» краской. Жалкая попытка макияжа – неопрятно подведённые глаза и остатки недоеденной розовой помады на узких губах. Зелёная куртка с вещевого рынка десятилетней давности.
– …От вас требуется лишь одно: в ближайшие два дня, до выходных, привезти требуемую сумму наличными, и вы тут же получаете ключи и документы, – Лиля изо всех сил старалась держать приветливую улыбку. Женщина, сидящая напротив, была крайне напряжена, сидела на самом краешке стула, нервно покусывала губы и хрустела пальцами. На лбу и над губой блестели капельки пота. Она внимательно вглядывалась в документы, будто что-то понимала во всех этих пунктах и подпунктах, штампах и печатях.
– Тридцать пять тысяч долларов… У меня нет таких денег сразу, сейчас… мне нужно собрать.
– Вы уж постарайтесь, дело не терпит отлагательств, – быстро ответила Лиля заученной фразой. – Есть и другие претенденты, вы же понимаете, а в интересах банка побыстрее закрыть эту историю. В конце концов, вы можете взять кредит…
– Да, кредит… это тоже вариант… – пробормотала женщина, глаза её бегали, она просчитывала варианты, где достать денег. Её уже не мучили сомнения в реальности и возможности подобной сделки, она мысленно обживала трёхкомнатную квартиру, подарком небес свалившуюся на её голову.
И на следующее утро несчастная позвонила и сообщила, что готова привезти требуемую сумму и подписать договор.
– Разве вы не хотели бы сначала посмотреть квартиру? – задала Лиля вопрос по очередной «методичке», полученной в четверг утром. Что конверт снова будет, она знала, когда подходила к своему рабочему месту, и в солнечном сплетении противно ныло от страха, будто бы не конверт её ждал на столе, а, как минимум, бомба. Но ведь скоро это закончится, правда?
– Ой, конечно хочу! А можно? А когда? А можно с дочкой?
– Разумеется. Давайте встретимся у метро «Тёплый стан» сегодня в семь часов вечера. Я вас отвезу и покажу уже почти вашу квартиру. Такой вариант подходит?
– Подходит, конечно, подходит! Спасибо громадное! А ключи и договор завтра?
– Да, завтра в десять. Вы должны быть с деньгами и паспортом.
– Что теперь? – сквозь зубы спросила Лиля у трубки-монстра.
– Да практически уже всё, – веселилась трубка. – В семь часов вы позвоните Васильевне, скажете, что, увы, срочные дела вас задержали, и перенесёте показ на восемь часов утра завтра. И всё. На этом, дорогая моя, всё!
– Как – всё? – удивилась Лиля. – А что делать завтра? А если она приедет в банк с деньгами? Что делать-то! – она почти кричала.
– Не ори, дура. Ничего не делать. Никто никуда не приедет.
– Как это? Ну, хорошо, позвонит…
– И не позвонит.
– Вы её что… убьёте? – губы и рот Лили превратились в сухую пустыню, ей стало трудно дышать.
– Идиотка! Никто никого не убьёт. Всякую шелупонь убивать ещё… А вообще – не твоё дело. Твоё дело закончилось. Расслабься и получай удовольствие от жизни. Всё, – и связь прервалась.
Ничего не понятно. Чушь. Галлюцинация. И можно ли верить сказанному, можно ли успокоиться? Господи, за что?
ДОЧКИ-МАТЕРИ
Ровно в семь Тамара и Лариска были выпихнуты толпой из метро в самый час пик на станции «Тёплый стан». Не успели они отдышаться и начать искать тот самый рекламный щит, под которым им назначила свидание сотрудница банка, как Тамарин телефон в кармане куртки запел «Я думала это весна, а это оттепель…».
– Алло! Да, мы здесь и… – дальше она слушала, и лицо её постепенно вытягивалось.
– Что такое, мам? – встревожилась Лариска.
– Хорошо. Завтра в десять, – мрачно кивнула Тамара и положила трубку обратно в карман. – Ну вот, зря ехали. Показ будет завтра утром. Зато после этого сразу двинем в банк и всё оформим.
– Бли-и-ин! – заныла Лариса. – Пёрлись на другой конец города! Что за гадство?
– Ну… задержали её на работе. Ну, бывает же… – и женщины понуро побрели обратно в бурлящий метрополитен.
Когда они приближались к дому, то издалека увидели сразу три пожарные машины и клубы дыма.
– Смотри, мам! – крикнула Лариса. – Где-то пожар! А вдруг нашем доме?
– Что? – Тамара побледнела и побежала со всех ног, Лариса рванула за матерью. – Боже! Это в нашем подъезде, смотри!
Почти все жильцы их подъезда толпились внизу, задрав головы и глядя на остатки дыма из чьих-то окон. Из их окон!
– Лариска! – страшным голосом заорала Тамара. – Наша квартира горит!
– Не может быть! – взвыла Лариска.
