Пальцы зацепили за прилипшую к коже светлую прядку, отвели её в сторону и Учиха отнял руку от лба парня, словно бы всё-таки обжёгшись.
Где-то внутри Наруто засела треклятая заноза болезни, и её не вытащить, не подцепить. Собственное бессилие раздражало, сковывая руки тяжёлыми цепями, царапая кожу и заставляя злиться. Только вот адресата своей ненависти Саске так и не мог найти.
Или просто не хотел находить, зная, куда приведут красные нити.
Зная, что придётся взглянуть в свои собственные же глаза и осознать - из-за тебя.
Отвернувшись от Наруто, он ссутулился и опёрся локтями о согнутые колени. Пальцы зарылись в волосы, легко нащупывая выпуклый шрам, к которому раньше и прикасаться-то страшно было. А сейчас хотелось разорвать его, забраться под кожу пальцами и пробить череп, чтобы коснуться мозга и вытащить оттуда засевшую мысль.
- Доброе утро, - послышался тихий голос из-за спины.
- Лучше? - буркнул Саске, поворачиваясь к блондину и окидывая его бледноватое лицо оценивающим взглядом. Волосы местами слиплись от пота, под глазами залегли тени, а на болезненно-бледных губах проступили ярко-алые трещинки. Жар иссушил их, но всё-таки не добрался до лучистой лазури, что сейчас светилась внимательной осознанностью.
- Д-да, - неуверенно кивнул Наруто, приподнимаясь на локтях и оглядываясь. Комната была прежней, и все тени, что показались на больную голову, исчезли, сменившись тусклыми бликами на стенах.
До одури хотелось пить и Наруто потянулся за стаканом, но его пошатнуло и вновь отбросило на подушки. Потолок над головой опасно накренился.
- Не дёргайся, - шикнул Саске и, под смущённым взглядом блондина, быстро набрал в стакан воды из почти опустевшей бутылки.
- Прости, - устало выдохнул Узумаки, вновь приподнимаясь, чтобы забрать стакан из рук Учихи. Пальцы сомкнулись на прохладном боку, а затем парень взглянул на лицо своей «сиделки».
И в горле появился ком, а от неловкости сковало где-то в груди.
Саске, судя по потухшим глазам и бледности, не спал всю ночь.
Эта мысль заставила выпрямиться, увереннее ухватиться за стакан и преувеличенно бодро улыбнуться. Однако поймав странный взгляд брюнета, Наруто осёкся и спешно прильнул к стакану.
- Не захлебнись, - усмехнулся Учиха, забираясь на кровать и усаживаясь в ногах больного.
- Я не такой неудачник, - фыркнул Наруто.
- Ты умудрился получить солнечный удар, - напомнил брюнет, складывая руки и упираясь в них подбородком. - Потерять кеды и простыть. И всё в один день.
Он внимательно следил за тем, как по мере перечисления лицо Наруто приобретает слегка пунцовый оттенок.
- Я случайно.
Саске лишь кивнул, забирая протянутый стакан и оставляя его на пол.
- Почему ты напился? - прямо спросил он.
- Я…
Наруто запнулся, опуская взгляд и нервно прикусывая губу. Шикнул от тут же стрельнувшей боли и слизнул выступившую из трещинки кровь.
Что он может сказать?
Было так хреново, что захотелось исчезнуть из реальности?
Испугался, потому что думал, будто бы уже ничего нельзя вернуть?
Испугался.
«Как ты ко мне относишься, Саске?», - прозвучал собственный голос в голове, и щекам стало вовсе невыносимо. Получается, он выглушил бутылку настойки только потому, что запутался в их отношениях?
- Захотелось, - буркнул Узумаки.
Пальцы, зацепив за подбородок, подняли его голову, и глаза встретились с чуть прищуренными чужими. Саске смотрел с таким выражением, с каким удавы смотрят на кролика, прежде чем проглотить.
- Если хочешь подохнуть, - тихо произнёс он. - Скажи. Помогу.
Очень спокойно, вкрадчиво, но Наруто даже не захотелось спорить или отворачиваться.
- Ты уже и так похерил свою жизнь, - продолжал Саске.
- Как?
Пальцы надавили на подбородок сильнее, глаза сверкнули.
- Связался со мной.
Долгий взгляд глаза в глаза, и тишина разлилась холодом по комнате. Так бывает после дождя или грозы: природа ещё помнит жгучий страх перед молниями, но всё постепенно успокаивается.
- Я не похерил свою жизнь, - тихо ответил Наруто. - Я просто живу так…как мне того хочется.
Саске лишь хмыкнул и качнул головой в ответ на знакомое упрямство, вспыхнувшее в глазах напротив. Поднявшись, он прошёл к аккуратно сложенной на стуле одежде, и взгляд зацепился за сваленные рядом вещи. Они представляли собой кипу разноцветной ткани, от которой пахло сыростью и речной водой.
Наруто до сих пор в чём-то был всё тем же неряшливым ребёнком, для которого нормой было забыть то, что мокрую одежду лучше вывесить просушиться, иначе потом не избавиться от запаха затхлости. Наивная душа, запертая в поджарое, повзрослевшее тело, свет которой иногда можно увидеть в глазах. Как бы Узумаки не пытался соответствовать картонному миру Саске, у него не получалось. Он тянулся, как тянутся новички-альпинисты, и неизменно соскальзывал, не падая в пропасть лишь благодаря тонкой нити страховки.
Но когда-нибудь она оборвётся.
Стащив с себя футболку, Саске повесил её на спинку стула, зябко поводя плечами. Он чувствовал на себе взгляд, что тёплым прикосновением блуждал по его спине.
- Не пялься, - буркнул он, находя новую футболку отличающуюся от первой лишь более тёмным цветом.
