Скользнул рукой по предплечью вниз, стирая капли, грея лихорадочным жаром и смыкая пальцы на судорожно сжатом кулаке. Саске шикнул, и Наруто запоздало вспомнил: ударился, разбил кулак о стекло.
- Пойдём в дом, - тихо позвал он, перехватывая за запястье. - Я замёрз.
Потому что не скажешь: «Саске, тебе холодно».
Потому что из упрямства останется снаружи встречать рассвет.
Потому что это Саске.
Он всегда будет прогонять, боясь подпустить слишком близко.
И это будет повторяться.
Раз за разом.
И только слабак скажет, что они ходят по кругу. Только слепой не увидит, что жизнь этих двоих превратилась в две параллельные, которые всё-таки пересеклись в одной точке, вопреки всему.
Поэтому - мне холодно.
Поэтому - я замёрз.
Саске всегда ценил чужую жизнь больше своей. И Наруто внутренне сгорал от стыда, потому что не понял этого раньше, требовал каких-то слов, требовал от Учихи того, что тот всегда считал мусором.
Был слишком глуп, слеп, чтобы просто посмотреть в глаза. Глух, чтобы прислушаться к биению любимого сердца.
Хотел слов.
Придурок.
***
Он сидел перед ним опустошённый.
Выжженные эмоциями глаза жадно следили за лицом напротив.
Уставший.
Наруто протянул руку, касаясь бледного лица свёрнутой марлей и утирая выступившую на скуле кровь. Саске следил за ним почти не отрываясь, бездумно, и Наруто было страшно.
- Не смотри так, - попросил он.
- Как?
Подцепив пальцами руку Учихи, Наруто положил её к себе на колени, с ужасом смотря на посиневшую конечность. Было такое ощущение, что Саске положил кисть на проезжую часть и по ней проехался грузовик. В ранках поблескивали стекляшки, и Узумаки надеялся, что те залегли не очень далеко и не придётся примерять на себя роль хирурга. В больницу Саске поехать откажется…
- Ты так смотрел тогда… - нехотя сказал парень. - Когда был не в себе.
Подцепив чудом найденными небольшими щипчиками один из осколков, что засел между костяшек, Наруто потянул его осторожно. Саске тихо зашипел и попытался сжать кулак, но пальцы блондина предостерегающе сжали, не позволяя. Осколок упал в подставленное блюдце, и из ранки потекла яркая кровь.
- Не нравится мне это, - выдохнул Наруто, прикладывая к ней вату в перекиси. Зашипело, запенилось.
- Что я ещё тогда делал? - неожиданно спросил Саске, не обращая никакого внимания на ноющую боль в кисти. Раньше было хуже.
- Да ничего толком, - пожал плечами Наруто как можно беззаботнее, но внутри похолодело. - Сидел, лежал. Ходил иногда…
Ещё один осколок звякнул по блюдцу.
Саске замолчал, вглядываясь в сосредоточенное лицо напротив. Наруто был взъерошенным, как и утром, но произошедшее оставило странный холодный след в его глазах.
- Сейчас будет больно, - предупредил Наруто и дёрнул особо глубоко засевший осколок, а следом тут же прижал ватку. - Хорошо, что костяшки не выбил.
- Выбил, - качнул головой Саске. - Кажется.
- Идиот, - беззлобно выдохнул блондин, принимаясь заматывать пострадавшую ладонь. Когда узелок был затянут, Наруто поднял голову, ища взгляд Саске, руками накрывая его руку.
- Что вы не поделили с Нагато? - всё-таки задал он давно мучающий его вопрос. И понял - зря.
Глаза Саске из дымчато-серых вмиг вновь стали чёрными и холодными. Он снова закрылся, а потом его руки дрогнули.
- Тебя.
Сказано, как отрезано. И Учиха замер, ожидая реакции.
Наруто почувствовал себя сапёром-новичком на минном поле. Один неверный шаг, и…
- Меня? - облизнул он губы и подсел ближе. Лавочка протестующе скрипнула, и перекись вместе с бинтами пришлось отложить на стол. - Саске, я ведь не твоя собственность.
Учиха прищурился.
И Наруто поспешил поцеловать его, прежде чем Учиха сделает выводы, подберёт слова побольнее и ответит.
Осторожно прикасаясь к разбитым губам, зализывая ранки и ощущая чужую ядовитую кровь на своём языке. Он отстранился, позволяя Саске вдохнуть. Опустил голову, смотря на перевязанную руку, что сейчас казалась чуть больше второй ладони из-за бинтов. Пальцы заскользили по выпирающей костяшке, очерчивая её острые границы, по набухшей венке. Учиха позволял рассматривать свою руку или же вновь думал над болезненным ответом. Наруто не знал, переворачивая его ладонь. Длинные тонкие пальцы чуть дрогнули, когда Узумаки заскользил подушечками пальцев по побелевшему, но всё ещё заметному шраму вдоль запястья. На втором был такой же, только чуть короче и забавно расходящийся тонкими росчерками в стороны. Словно бы молодое дерево с тонкими веточками.
Саске, прислушиваясь к ощущениям, прикрыл глаза, выдыхая через нос.
Злость уходила.
«Наруто уйдет. И ты останешься один», - голос Нагато поднимал в душе тихую бурю из острого стеклянного песка.
Учиха зажмурился сильнее, ловя рассеянно блуждающую по его запястью руку и сжимая. Он не хотел открывать глаза, не хотел сталкиваться взглядом с застывшими лучистыми глазами. В темноте было уютно, почти как тогда, под струями дождя, что нежно укрывают изодранное тело, лишившееся своей защиты.
