«Больно, Саске? Слова ранят, не правда ли?», - издевательски усмехнулся внутренний голос, и вновь в душе поднялась горечь. Вновь стало больно и душно рядом, вновь захотелось сорваться с места и уйти.
Но тёплая рука, греющая раны через бинты, не давала.
- Останься.
Саске опустил голову, чувствуя себя, если не мёртвым, то опустошённым сегодняшним днём. Лоб уткнулся в светлую макушку, и Учиха тяжело вздохнул.
Пальцами по виску к затылку.
К шее и выступающему седьмому позвонку.
Надавить на него слегка, а губами найти чужие и увлечь в новый поцелуй, не обращая внимания на боль в своих.
Поцелуи бывают разные, но для себя Саске давно избрал именно тот, что сродни расплавленному воску. Он тягуче капает на губы, даря боль, а следом странное холодное удовольствие, заставляющее кожу покрываться мурашками и тянуться за новым витком ощущений.
Но в этот раз потянулся Наруто. Обхватил шею ладонями, прижался губами и чуть привстал. Не размыкая поцелуя, он заставил Саске сесть ровно и следом опустился на его ноги, поджав свои и упираясь коленями в лавочку. Так было ближе, так было удобнее скользить пальцами по заострившемуся лицу, срывать дыхание поцелуем.
Пальцы Саске теми самыми вересковыми веточками пробежались по спине, расчерчивая её и останавливаясь на пояснице, придерживая.
Учиха поднял веки, ловя приоткрытые губы и вновь отпуская.
Пальцы Наруто пробежались по груди парня, и блондин недовольно нахмурился. Футболка была насквозь мокрой и уже начинала неприятно холодить его собственное тело. Подцепив её за край, Наруто потянул чёрную тряпку вверх и небрежно отбросил на пол. Склонился под внимательным острым взглядом, целуя белую точёную шею, укладывая руки на спокойно вздымающейся груди парня, принимая ответные почти болезненные поцелуи.
- Шшш, - тихо выдохнул он в шею Саске, прикусывая ключицу в отместку, когда холодные губы случайно или намеренно задели сосок.
Наруто сразу прижался к нему, зацепился, сбиваясь с ровного дыхания и как-то смущённо улыбнулся, двинувшись вперёд так, чтобы животом Саске почувствовал его заметно очертившееся сквозь тонкую ткань спортивных штанов возбуждение.
Они давно не позволяли себе быть настолько близко. Что-то мешало, что-то не давало толчка к этому. Всё прошедшее, казалось, осталось в другой жизни и сейчас придётся начинать с нуля.
Вновь изучать доверчивое и податливое тело, его изгибы. Находить что-то новое и не бояться, что времени не хватит. Теперь время стало всем, что у них осталось.
Саске провёл пальцами под резинкой спортивных штанов, заглядывая в посветлевшие от возбуждения глаза. Наруто закусил губу, ощущая, что всё это очень странно, но этого давно хотелось. По-новому взглянуть в чёрные глаза, которые сейчас не гладкий холодный камушек, а бархатная Бездна, тепло обнимающая за плечи.
Всё то, что Наруто хотел услышать словами, Саске передавал своими действиями, прикосновениями.
Не будет легко.
Будет больно.
Всегда.
Но потом, следом за болью, придёт тягучее удовольствие. Расплавленный воск, стекающий по напряжённым мышцам, дарящий остроту лезвия и мягкость бархата.
И будет Саске.
Холодная ладонь кое-как чуть стянула штаны, освобождая напрягшийся член. Наруто застыл, уткнувшись лбом в лоб Саске и, кажется, даже дышать перестал.
- Я как-то…
Саске быстро поднял на него такие же помутневшие глаза, и смущение куда-то делось разом. Быть рядом не всегда значит делить боль. Быть рядом иногда позволять другому дарить удовольствие.
Быть настолько близкими, чтобы смущаться той самой близости - глупее и не придумаешь. Обнажать душу раз за разом и бояться показать тело.
Пальцы Саске провели вдоль ствола, и Наруто сильнее сгорбил спину, упираясь лбом в ключицу парня. Тело было напряжено до такой степени, что каждое прикосновение приносило сладкую дрожь. Нетерпеливую, зудящую и выворачивающую всю душу.
Сдвигая тонкую кожицу, Саске не без интереса следил за меняющимся лицом парня. Учиха подался вперёд, срывая с губ удерживаемый изо всех сил стон. Прижался к ним своими, а рукой обхватил напряжённую плоть.
Наруто резко дёрнулся, обхватывая его ногами и прикусил холодную мочку уха брюнета, носом проводя по виску парня. Хотелось чего-то выходящего за рамки простых объятий.
Хотелось Саске, чёрт возьми.
Словно почувствовав это желание, Учиха прихватил Наруто за поясницу, теснее прижимая к себе. И больше не захотел отпускать. Не захотел прекращать чувствовать горячее дыхание в висок, ощущать сжимающиеся пыльцы на плечах.
Наруто впился поцелуем в шею, оставляя на тонкой коже заметный след, провёл языком по напряжённой мышце. Тёплые, чуть шершавые ладони легли на острые лопатки Саске, грея.
Узумаки хотел взять и дать больше, чем все эти робкие касания. Поправив штаны, он выпрямился, целуя грудь, касаясь напряжённого живота, и поднялся, отходя от Саске на несколько шагов.
