Родители так и не звонили. Даже мать, которая всегда связывалась с ним хотя бы раз в пару дней. Сейчас Наруто чувствовал себя полностью отрезанным от брошенного им мира. Если раньше туда можно было возвращаться хотя бы мыслями, то сейчас тайные тропки оказались перекрытыми. Он сам вывалил на них кучу камней, запретив себе даже оборачиваться назад.
Было холодно, но не так, как могло бы быть. Каким бы Саске ни был, каким бы не становился, но с ним было теплее. Словно погреть свою душу у врат ада, не пересекая черты и не закрывая за собой их створки.
- Она не позвонит, - заметив застывший на телефоне взгляд Наруто, сказал Учиха.
- Откуда тебе знать?
- Она хотела внуков, а не сына с…особыми пристрастиями.
Наруто не ответил, но брюнет увидел, как тот сильно прикусил нижнюю губу, цепляясь пальцами за ворох футболок. Узумаки словно прирос к этому шкафу. То ли он опасался встретиться с ним, Саске, взглядом, то ли опасался случайно поймать собственный в висящем на стене зеркале.
Усмехнувшись, Саске поднялся с кровати и, подойдя ближе к Наруто, взял его за плечи, чтобы развернуть к отражающей искажённую реальность стекляшке. Узумаки сначала удивлённо дёрнулся, но потом послушно застыл, опустив голову.
- Посмотри туда, - тихо проговорил Учиха, сжимая его плечи. - Хватит бегать от себя, Наруто.
- Я не бегаю, - упрямо было заметил он, но душу кольнула иголочка.
Бегает. Ещё как бегает…
Взгляд неуверенно поднялся, скользя сначала по полу, затем по плинтусу, по куску обоев и только затем по зеркальной глади. Долго задержавшись на собственной груди, Наруто всё-таки резко посмотрел на своё лицо.
Отражение смотрело как загнанный в угол волк: глаза ненормально поблескивали, в них читались одновременно и страх, и желание защищаться. Так бывает у зверей, которым больше нечего терять, кроме собственной жизни, но ради свободы они отдадут и её. Лишь бы не оказаться за толстыми ржавыми прутьями клетки.
Увиденное Наруто не понравилось. Совершенно.
Это был не он.
- Они считают меня уродом, - немеющими губами процедил Наруто.
Отражение дрогнуло, и с него поползла оболочка-кольчуга, обнажая беззащитную плоть и натянутые нервы.
- Это так важно? - спросил Саске, кажущийся сейчас галлюцинацией.
- Да…не знаю, - сник Наруто. - Это ведь родители.
- Посмотри ещё лучше.
И Узумаки вновь поднял взгляд на отражение. Кольчуга распадалась звеньями, осыпалась на пол с тихим звоном.
- Ты ни хрена не изменился, Узумаки, - поморщился Саске. Ему было прекрасно видно борьбу во взгляде парня, а встретиться глазами со своим отражением он почему-то опасался.
- Твои родители хотят видеть только ярлык. Им не хочется читать содержание. Им нужен послушный Наруто, который будет являться домой в девять, засыпать в одиннадцать.
Наруто сжал кулаки. С одной стороны слышать, как Учиха поносит его, пусть и отказавшихся от сына, отца и мать было тяжело. А, с другой стороны, Саске был прав. С его жестокой реальностью, с его бьющими кнутом словами…он всегда был прав.
- Им нужен шаблон идеального ребёнка, - продолжил брюнет, и его руки переместились на бока Наруто. - Даже какой-нибудь отморозок сойдёт, лишь бы спал с бабой. Ему всё простят.
Всё дело только в этом?
- Ты можешь вернуться к ним. Возвращайся и скажи, что взялся за ум и всё это было блажью. Они поверят, - жутковато улыбнулся Саске. - Знаешь, что с тобой будет тогда?
- Ч-что? - сдавленно спросил парень.
- Ты предашь себя. У тебя будет счастливая жизнь под чужую дудку, но ты сам счастлив не будешь.
Отражение вздрогнуло или же это был сам Наруто? Чем дольше он смотрел на себя, тем сильнее разделял то, что было здесь и что было за стеклом.
Саске отошёл, отпуская парня, и потянулся к сигаретам. От собственного отражения мутило и захотелось разбить зеркало, чтобы больше не встречаться с тёмными неживыми глазами. Как будто бы там поселился его злой двойник, способный убить словом, способный пустить по венам не кровь, а жидкий лёд.
- Не кури, - перехватил его руку Наруто. - Здесь, по крайней мере, не кури.
Удивлённо вздёрнув брови, Саске застыл с сигаретой в губах, смотря на повернувшегося к нему Наруто. Уверенности этот разговор ему не добавил, но из взгляда ушла та странная отрешённая обречённость, которая бывает у приговорённого к смерти через расстрел. Больно и страшно.
Узумаки, забрав сигарету, потянулся к губам парня и легко зацепил нижнюю своими, зарывшись пальцами в жёсткие волосы.
Поцелуй-точка. Попытка провести черту между теми мыслями, которым в голове не место, и будущим, которое обязательно наступит. Наруто хотел верить, что всё будет по-другому. Уж теперь-то, когда нет никаких секретов, никаких недоговорок. Когда они с Саске, наконец, по одну сторону баррикад, а за этими стеклянными нагромождениями весь другой мир.
Ну и пусть. Ну и к чёрту.
