"Но мы тоже ломаемся. Этот город — руины, склеенные страхом. Бароны грызут друг друга за кусок руды. Рабочие воруют, чтобы прокормить своих детей. А монстры... Они уже в наших районах. Но никто не понимает, что мы стоим на краю обрыва. Каждый из них думает только о следующем, а я смотрю на годы вперёд."
Дархан отвернулся от парапета и зашагал к лестнице. Тяжёлые ботинки глухо звенели по железу. Зал был наполовину погружён в тени, освещённый лишь редкими лампами, едва держащими заряд. Стены покрывала копоть, а под ногами скрипел песок, принесённый ветром. Большой металлический стол, вокруг которого собрались бароны, выглядел как арена, на которой не сражались, но ссорились за власть.
Дархан занял своё место на краю стола, слегка наклонив голову и уперевшись локтями в его прохладную поверхность. Он молча слушал гул голосов — бароны говорили одновременно, перебивали друг друга, бросали колкие замечания. Их слова были неразборчивы, но Дархан знал суть. У каждого из них была своя проблема, своё видение и свои претензии.
— Этот налёт на завод — начал “Карш”, с силой ударив по столу кулаком. — Кто-то из ваших банд украл мой товар! Если мы не решим это сейчас, завтра я с ними по-другому поговорю!
— Заводы? — лениво протянула "Бритва", сидя чуть в стороне. Её голос звучал насмешливо. — Карш, ты такой старомодный. Твои грузы не стоят даже тех патронов, которые понадобятся для защиты. Может, пора закрыть лавочку и оставить место для тех, кто умеет работать головой?
Карш стиснул зубы, его широкая ладонь легла на рукоять ножа. Дархан бросил на них короткий взгляд, но не вмешивался. Он знал, что это лишь игра — ритуал, который бароны повторяли на каждом совете. Никто из них не встанет из-за стола с оружием в руках, но угроза всегда висела в воздухе.
— Проблема не только в заводах — заговорил Гренч, старик, чьи слова звучали так, будто их вытаскивали из глубин его горла. — Форпосты на дороге исчезают. Монстры уже под стенами города, но никто ничего не делает. Мы вообще собираемся это обсуждать? Или будем дальше считать, кто что украл?
Дархан медленно провёл пальцем по краю стола, наблюдая, как пыль осыпается на пол. Эти люди тратили своё время на жалобы и угрозы, в то время как проблемы становились всё серьёзнее.
— Гренч прав — неожиданно вставила Бритва, не отрываясь от ножа, который крутила в руках. — Но у нас слишком много врагов, чтобы думать только о монстрах. И один из них прямо здесь. — Она кивнула в сторону Карша. — Если ты хочешь, чтобы твои заводы выжили, найди способ их защитить.
Карш бросил ей злобный взгляд.
— А ты, Бритва, чем защитишь свои караваны? Песнями?
Дархан вздохнул. Их перепалка была такой же предсказуемой, как ветер пустоши. Ему хотелось вмешаться, но он знал — слишком прямые слова только вызовут ещё больше споров.
— Всё это имеет значение — сказал он наконец, медленно и тихо, перекрывая гул голосов.
Все взгляды обратились к нему. Даже Бритва подняла бровь, оставив свой нож. Дархан медленно выпрямился, сложив руки на столе.
— Заводы. Форпосты. Караваны. Это не просто ваши личные проблемы. Это проблемы города. Если мы будем действовать поодиночке, мы потеряем всё.
Карш скептически фыркнул.
— О, началось. Дархан с лекциями о том, как мы должны объединиться. Может, сразу скажешь, чего ты хочешь?
Дархан сдержал желание ответить резко.
"Ещё не время," — подумал он.
— Я лишь предлагаю подумать. Если мы не решим общие проблемы сейчас, позже будет поздно — обтекаемо сказал он, наблюдая за реакцией.
Бароны снова заговорили, но уже более раздражённо. Дархан понял: это будет длинный день. Карш указывал пальцем на Бритву, Бритва в ответ крутила свой нож с откровенной скукой. Гренч откинулся на спинку стула и слушал, он был похож на старого, уставшего волка, который давно разучился бороться за стаю.
— Если вы думаете, что монстры будут ждать, пока мы разберёмся с внутренними делами, вы ошибаетесь — сказал Дархан, чуть громче, чем обычно, чтобы вновь привлечь их внимание.
Бритва посмотрела на него с ухмылкой, медленно опуская нож на стол.
— Дархан, ты всегда думаешь, что мир рухнет. Он рушится уже сколько лет? А мы всё здесь. Да, кусаемся, да, теряем что-то. Но живём. И будем жить. Или ты считаешь, что твои страхи особенные?
Дархан встретил её взгляд безэмоционально, но внутри что-то скрипнуло. Он знал её привычку обесценивать любые попытки говорить серьёзно. Это был её способ удерживать контроль над ситуацией.
— Мой страх здесь ни при чём — ответил он холодно. — Речь идёт о реальности. Реальности, в которой мы теряем заводы, патрули, караваны. Это не просто неприятности, Бритва. Это трещины в стенах города. И если мы ничего не сделаем, трещины превратятся в обвал.
Карш фыркнул, откинувшись на стуле.
— О, опять эти метафоры. Дархан, а у тебя есть хоть одно решение, кроме твоих философий? Заводы рушатся? Так почини их. Караваны теряются? Так охраняй их. Ты всегда требуешь, чтобы кто-то сделал что-то. А что делаешь ты?
