Илья наблюдал из боевого отделения своей машины, чувствуя, как внутри всё сжалось. Он видел, как вокруг убитого бойца собрались несколько человек. Второго, тяжело раненного, быстро несли на носилках к форпосту.
— Пустошь не отпускает просто так — пробормотал Грач, сидя за рулём.
— Контроль — хмуро добавил Мрак, глядя в бойницу. — Это правило. Сегодня кто-то забыл его.
Сегодня Илья узнал, что такое контроль. На своем участке зачистки Мрак добивал всех и требовал от Ильи выстрелить в голову каждого чудовища, без исключения, даже если казалось, что Бритвенник однозначно мертв.
Илья не стал спрашивать, кто был убит или ранен. Он знал, таких вопросов лучше не задавать.
Колонна замерла в ожидании. Работа закончилась, машины готовы, орудия заряжены. Павшего бойца аккуратно погрузили в одну из машин клана. Это было негласное правило пустошей: если есть возможность, погибших забирают с собой. Никто не оставляет своих даже здесь, где смерть повсюду.
Жилин передал короткую команду по рации:
— Завершить проверки, заканчиваем погрузку. Уходим через десять минут.
Он сделал паузу, чтобы дать людям переварить сказанное, затем добавил:
— Фары авангарда на угол минус тридцать. Фары каравана отключить, ДХО двадцать процентов. Прожекторы отключить. Всем надеть ПНВ. Мы не привлекаем лишнего внимания. Пустошь знает, что мы здесь, уходим тихо.
Грач скрипнул зубами, габаритные огни будет еле видно, дневные ходовые огни на двадцать процентов практически не дают света. Они пойдут только под светом луны, впереди ему предстояло минимум три часа безумной концентрации.
Илья, сидя в боевом отделении, услышал это и посмотрел на Мрака.
— А почему прожекторы отключить? Они же нас защищают.
Мрак ответил не сразу. Он проверял ПНВ, надев его на глаза и проверяя настройки. Затем, опустив на шею, хмуро посмотрел на Илью.
— Прожекторы защищают, когда мы в бою. Но они же делают нас видимыми на десятки километров. Ночные твари ориентируются на свет. А когда мы уходим тихо, без шума и лишней суеты, у нас больше шансов.
Грач хмыкнул из кабины, переключая панели управления.
— Ты только не дергайся, Вектор. В ПНВ видно лучше, чем кажется. А если нас заметят, то колонна всё равно уйдёт.
Снаружи воздух становился всё более плотным, наполненным звуками ночных хищников. Где-то вдалеке раздался долгий, протяжный вой. За ним последовал другой, ближе.
— Они нас чувствуют — тихо сказал Илья, не отрываясь от бойницы.
— Конечно, чувствуют — буркнул Мрак, надевая ПНВ. — Но на движущуюся колонну просто так не пойдут. Пока в движении, мы — слишком большая добыча.
Жилин снова вышел на связь:
— Всем занять места, двигатель на минимальные обороты. Начинаем движение.
Машины тронулись одна за другой, их моторы гудели глухо, как будто они сами понимали, что сейчас нельзя шуметь. Прожекторы один за другим потухли, колонна погрузилась полумрак, освещаемая только звёздами и луной.
Илья почувствовал, как его сердце забилось сильнее. Это была не боязнь ночи, а осознание того, насколько хрупка эта тишина.
— Начинаем — сказал Мрак, пристёгивая ремень и поправляя автомат. — Самое интересное только впереди.
Колонна двинулась вперёд, медленно, но уверенно. Ночные хищники выли где-то за пределами видимости, но машины шли, держась вместе, пока сумрак пустоши скрывал их от лишних глаз.
Илья нервно держал в руках ПНВ, пытаясь разобраться с ремнями и настройками. Всё это казалось ему сложным и непривычным.
— Дай сюда — хмуро сказал Мрак, забирая устройство из рук. — Ты так до утра будешь возиться.
Мрак быстро надел прибор на Илью, подогнал ремешки и проверил крепления. Затем включил и на ощупь поправил настройки.
— Всё просто — объяснял он коротко. — Смотри в центр, следи за линией горизонта. Не крути головой резко, чтобы не потерять обзор. Если что-то заметишь — сразу говори.
Илья кивнул, стараясь запомнить каждое слово, и посмотрел вперёд. Мир в ПНВ выглядел странным: оттенки зелёного, искажённые формы, но всё вокруг стало отчётливее. Теперь он видел машины колонны, двигавшиеся перед ними, а вдалеке — размытую линию горизонта, скрытую ночной пустошью.
— Привыкнешь — сказал Мрак, похлопав по плечу. — В темноте пустошь любит играть с мозгами.
Тем временем колонна двигалась всё увереннее. В этот раз сложнее всего приходилось водителям. Ходовые огни выхватывали из темноты лишь ближайшие метры дороги. Свет едва доставал до заднего бампера машины впереди, а большую часть времени освещал только разбитое шоссе прямо под колёсами.
— Как там у тебя, Грач? — спросил Мрак, глядя в кабину.
— Весело — хмыкнул Грач, не отрываясь от дороги. Его лицо выглядело напряжённым, пальцы крепко сжимали руль. — Впереди ничего не видно, времени на реакцию ноль.
— Не ной — усмехнулся Мрак. — Ты же лучший водитель, сам говорил.
— Ну, тогда считай, я теперь и лучшая гадалка — буркнул Грач. — Если впереди яма, скажете спасибо, если не сломаю вам шею.
Илья молча наблюдал за машиной впереди, которая еле угадывалась в слабом свете. Он понимал, чт водителям сейчас приходилось хуже всех. Любая ошибка, любое замешательство могли стоить всей колонне.
