– Добро пожаловать в «Великий Имаджинариум»! – провозгласил Оливер без всякого энтузиазма. – Надеюсь, магазин подарков еще на закрылся.
Уверена, многие из приглашенных сочли бы все весьма впечатляющим, но я и Оливер видали миры гораздо интереснее.
А эта ментальная реальность выглядела непрофессиональной – в особенности если сравнивать ее с призрачно-голубым залом Хило, который напрямую связывал между собой множество измерений в пространстве и времени.
– Да, Конфетка… подумай, что бы сотворила наша старушка, будь у нее столько магической энергии, – шепнул мне на ухо Оливер.
Наши мысли явно сходились, а может, и чувства тоже.
– Зря мы оделись в черное, – сварливо повторила Айрис, имея в виду аватары, которые мы спроецировали в виртуальное пространство.
– Это похороны… – начала я.
– Нет, празднование, – перебила меня Айрис. – Нам опасно пренебрегать традициями, когда они нам на руку.
После того как Эллен исцелила Сэма, тот ушел, не сказав ни слова. Конечно, он был ужасно напуган, и понятно почему. Сейчас моя тетя вовсю страдала от сердечных ран, поэтому я не стала обращать внимания на резкость ее тона. Негативные эмоции Айрис были направлены не на меня, а на вероломного бойфренда.
– Нет, я отказываюсь праздновать смерть Тига, – спокойно сказала я.
– Ну, Конфетка, твою смерть он бы точно праздновал, будь у него возможность, – возразил Оливер.
Очевидно, дядя согласился с моим требованием траурной одежды, но в остальном проявил свою обычную независимость.
– Верно, дядя Оливер, – проговорила Мэйзи. – Тиг уничтожил бы тебя, Мерси, если бы твоя гибель могла привести его к магической силе, которую он так жаждал.
Эллен погладила меня по плечу, и уж не знаю, была ли ее ласка настоящей или виртуальной… Ощущение было самым что ни на есть всамделишным, и я решила не морочить себе голову по этому поводу. Подобные колдовские пространства влияли на иные измерения. Несомненно, сегодняшнее собрание обязательно отзовется в нашем мире, а может, и во всей вселенной.
– Другие скажут, что мы напрасно явились в траурном облачении. По традиции, мы празднуем кончину тех, кто пытался причинить вред якорям грани. Поэтому сейчас у нас официальный ведьмовской праздник.
– Тебе надо слушать старших, – раздался голос из пустоты.
Похоже, нам не обойтись без этого зануды! Хотя я и знала, что его настоящее имя Фред Фирт, я до сих пор мысленно называла его «мистер Бежевый».
Воздух задрожал, и мужчина, произнесший эти слова (или его проекция), материализовался передо мной. Непримечательного телосложения и среднего возраста, с редеющими пегими волосами, в брюках цвета хаки и голубой рубашке. Для столь невзрачного типа комбинация одежды была почти кричащей.
Он был одним из моих собратьев, и мы могли стать союзниками, но наша единственная очная ставка закончилась печально. Тогда я разозлилась и едва не вырвала у него солнечное сплетение, где находилась энергетическая точка, связывающая мистера Бежевого с гранью. Но он угрожал моему нерожденному ребенку, и нельзя было допустить, чтобы он еще когда-нибудь позволил себе такое. Теперь-то они все присмирели по отношению ко мне, хотя меня к себе, разумеется, на бросок камня не подпустят. Как только я подумала об остальных якорях, позади Бежевого возникли искорки, которые сгустились в голубоватый сияющий шар. Из него выпрыгнула миниатюрная женщина-азиатка – ведьма Аяко Идзанаги. Мы, конечно, могли бы подружиться, но, учитывая настороженность якорей, нам опять не повезло.
Я вздохнула, и в то же мгновение появилась остальная ватага. Мистер Бежевый оглядел их и прокашлялся.
– Вскоре мы ослабим барьер и позволим прибыть другим приглашенным, но сейчас я хотел бы убедиться в том, что у нас не будет разногласий по поводу крайне важного вопроса. Итак, что у нас на повестке дня?
Но меня не заинтриговал план действий Бежевого. Я слушала его вполуха и глазела на якорей грани. Меня позабавило, что они постарались исправить физические дефекты, присущие их телам. Сделали себя более рослыми, худощавыми, моложавыми… Так, будто прислали для аватаров свои хорошо отретушированные юношеские фотографии.
Лишь один из них не баловался со своим обликом. Молодой, практически бесполый человек – белобрысый, с ужасающе пустыми глазами. Однако не только его оригинальное имя впечаталось в мою память. Я хорошо изучила этого ведьмака, поскольку именно он обнаружил связь между моим ребенком и изменениями, произошедшими в грани. Когда якоря пытались обуздать меня, грань нашла доступ к магии фейри, действуя через моего нерожденного Колина. Именно поэтому она стала сильнее и частично освободилась от якорного контроля.
