– И как это работает?
– Лес начинает играть с вашим воображением и сознанием, заставляя переживать ваши кошмары и фобии будто бы в реальности. Многие ломаются после такого. Но Силвотимор, как и послушники Тимео, никогда не вредили людям. Они питались их страхами, но оставляли в живых.
– Сколько времени ваши «испытуемые» уже в этом лесу? – захотел уточнить Нейт.
– Три дня, если говорить о первоначально пропавших.
– А до этого никто не пропадал?
– В такое место не отправляют кого попало, кто бы мог заблудиться. Опасные животные там не обитают. Люди всегда возвращались. Либо надломленные. Либо сильнее как никогда прежде.
– Хм... Это получается, мы должны и через кошмары свои пройти и с проблемой разобраться?
– Если вы хотя бы просто расскажете, что это, то этого будет достаточно.
– Всё равно звучит скверно.
– А у нас хоть раз было иначе? – усмехнулся Алан.
– И то правда. Что ж, если выживем, будем смеяться с того, кто чего обосрался, хе-хе.
– Звучит неплохо, – Алан был навеселе вместе с Нейтом, но отец Александр и Мэри не разделяли их позитива. А Карелин успела заранее испугаться.
– Я не хочу снова к паукам-мутантам!
– Да расслабься, Кар! Это же просто иллюзия, – улыбка слезла с Нейта, когда он услышал едва прозвучавшую усмешку Девелин. Эта усмешка напрягла всех.
– Мы почти приехали, – закончила она.
Силвотимор представлял из себя болотистый бамбуковый лес, что постепенно настолько сгущался, что в нём не оставалось места для солнечных лучей. Девелин выпроводила невезучих наружу, проинструктировав, что будет ждать их тут лишь один день, после чего уедет. Более она ничего не сказала. С опасением и неуверенностью братство вошло в лес, держась вместе. Здесь был душный, влажный и тяжёлый воздух, сразу начавший давить на психику. А перед глазами постоянно стояла тёмная пелена. Если иногда свет и доходил сквозь густые бамбуковые заросли, то в виде токсично-жёлтых оттенков. Но чем глубже продвигалась команда, тем темнее становилось. Ещё здесь было абсолютно тихо. Не было ни звуков животных, ни дуновений ветра, что качали бы листву. Один лишь бамбук, тишина и гнетущая атмосфера, что не давала даже раскрыть рта. Но Нейт же, пересилив себя, всё же попытался сбавить градус напряжения, повернувшись к остальным:
– Да ладно! Просто бамбуковый лесок! Чё тут страш...ного, – он повернулся вперёд и увидел вдали тело, облепленное ростками. Чёрные и смолистые корни, явно не принадлежавшие бамбуку, впились во внутренности иссушенного до костей бедолаги-сплендида. На его лице застыла предсмертная агония, – Ну... это было очевидно, что парни сдохли.
– Эти корни неестественного происхождения, – с умным лицом заключил отец Александр.
– А я думал, сорняк какой.
– Место шута уже занято, Нейт, – серьёзно осадил Алан.
– Ну, пока пацана нет, кто-то же должен нести херню. Ваш "даирокан" что-нибудь чувствует?
– Присутствие... чего-то. Но непонятно, где. И что это, – отец Александр сосредоточенно пошёл вперёд. Остальные последовали за ним.
По мере продвижения появлялись всё новые сплендиды, истерзанные корнями. Иногда из них вырастали кривые и уродливые кусты без листвы, напоминавшие скорее руки с когтями, нежели растения. Инквизиторы были максимально собраны. А Нейт переглядывался с Мэри, которая, наоборот, отвлекалась, как параноик, оглядываясь по сторонам. Карелин же неосознанно жалась к подруге.
Из темноты вдруг Карелин разглядела нечто. Она остановилась, чтобы это разглядеть. Это был свет. Голубой. В форме прямоугольника. Испугавшись, она хотела окликнуть своих друзей. Но никого уже не было. Карелин была одна посреди кошмарного леса. Беспомощно зовя на помощь, ей хотелось плакать. Спустя время она поняла, что время остановилось. Всё замерло. А прямоугольник приближался к ней. Решив убежать, она замерла. Оковы времени схватили и её. И из лесной тьмы к ней вышел Сербо.
– Карелин, моя ты дорогая, моё золотце, – вышел робот, разводя руками, – Ты принесла свою пользу в этой истории. Но теперь, когда они близки к цели, ты уже – не нужна.
– Нет, пожалуйста, – заплакала девушка, – Я просто хочу домой! К маме и папе! Оставь меня!
– А с чего ты взяла, что у твоих друзей получиться дойти до дома? Всё идёт по моему плану, дорогая Карелин. Поэтому, я тебя отправлю в твой второй дом, к которому ты уже так привыкла.
– Нет-нет-нет, прошу! Не надо...
Вспышка голубого света. И девушка медик снова очнулась в клетке Колизея Грандиса. Не веря своим глазам, она пыталась вырваться, дёргая за прутья. Но ничего не выходило. Ей было так горестно, что не была такой сильной как инквизиторы или Мэри. Не была такой умной как Энди или Элис. И не была такой смекалистой и смелой как Нейт. От бессилия и горя, она уселась на грязный пол и начала реветь. В то время как проходящие мимо примусы начали над ней смеяться. И уже не было никого, кто бы мог её защитить.
