Сабуи топнул, вызвав ледяные сталагмиты. Копируя его движение, "спаситель" вызвал уже каменные. Врезавшись друг в друга, стихии начали пытаться продавиться вперёд. Из-за гигантского давления, поддерживаемого властителями Ош'ей, сталагмиты треснули. Оба противника разбили их на осколки собою и сошлись в рукопашном поединке. Чёткими и быстрыми движениями они атаковали и парировали друг друга, не позволяя никому достигнуть преимущества. Между их кулаками сверкали Ош'и, но от "спасителя" мелькали огненные и каменные искры. Заблокировав очередную атаку, Сабуи хотел нанести контрудар, но рука врага водой обвилась вокруг его. Струя жидкости разрезала переднюю часть шлема, но Дай-Хан сумел уберечь лицо. Учуяв даироканом фибру врага под ногами, он отпрыгнул от каменных клешней из-под земли. "Спаситель" продолжал напор атак водяными "пилами". Лидер восстания заморозил их на лету, отправив обратно в противоборствующего. В ответ же воздушные каналы поймали снаряды и начали закручивать их на сумасшедшей скорости вокруг Сабуи, иногда нанося царапины. Лидеру Дай-Хан пришлось уничтожать свои ледяные пилы по одному, чем и воспользовался враг, выдув огонь. Языки раздулись по потокам, окутав всё вокруг Сабуи. Дай-Хан окаймил себя слоем инея, из-за которого, правда, он ничего не видел. Даирокан не мог сконцентрироваться на враге из-за пламени, а потом и воды и земли, что неслись на потоках ветра. Обычно Ош'ем нельзя было обойти "шестое чувство", но стихии были буквально частью "спасителя".
Элис видела, как тело их спасителя растворилось в этом вихре. Страх смешался с восторженностью. "Человек – вихрь", – подумала она, – «Нет. Серафим!». Анрих же сдался перед льдом и просто, обнимая сестру, начал молиться о спасении. Но Элис было всё равно. Танец стихий был самым волшебным и ужасающим, что она видела в своей жизни. В нём она чувствовала и горе, и гнев, и былую, позабытую радость от моментов, что были ей неведомы.
