Он искал еще около часа, шарил по полкам, вытаскивал одну книгу за другой, понимая, что при таком беглом исследовании, скорее всего, пропустил очень многое, но внимание больше не желало служить ему: оно то и дело улетучивалось, скакало с одной безделушки на другую, возвращало его в Заречье – в общем, было где угодно, но только не на пожелтевших страницах книг.
Смирившись с неудачей, он подхватил книги по целительству и калейдоскоп и направился к выходу, осторожно лавируя между обступившими его табуретами и комодами. Взгляд наткнулся на новую табличку. На ней изображалась коза с балалайкой, а подпись гласила «Музыкальные инструменты там». Острая красная стрелка с хвостиком-флажком указывала на стену с зеркалом. На этот раз Сева почти не удивился, увидев вместо зеркала дверь.
Музыкальные инструменты не могли оставить его равнодушным. Он перелез обратно через кресло, стараясь не уронить и без того треснувший калейдоскоп. Неожиданность настигла его как раз тогда, когда он шагнул в дверной проем. Кто-то чуть ли не с разбегу впечатался в него, книги темными бабочками полетели на пол, зато выскользнувший калейдоскоп перехватили.
– Оп! – объявил довольный и очень знакомый голос, и Сева отпихнул врезавшегося в него Митю.
– Муромец? Ты что тут делаешь?
– Да я… – замялся Митя. За его спиной таинственно посверкивали изогнутые трубы и лаковые изгибы гитар.
– У тебя же была аудиенция с Волковым и Рубцовой!
– Да, но мне хватило и часа, чтобы сбежать. – Муромец подобрал разлетевшиеся книги и вручил их другу. – Так что я решил заглянуть в это забавное местечко. Неожиданно тебя тут встретить.
– Да уж, взаимно. – Сева забрал у него калейдоскоп и вновь поставил на пирамиду книг. – Ну? Нашел что-нибудь? – Он обвел глазами зал, сплошь уставленный музыкальными инструментами.
– Если честно, я просто бродил. Хотел купить подарок… Сестре!
– Сестре, – повторил Сева.
– Да, сестре. Не Рубцовой же.
– Ну так возьми укулеле. Вон там, в углу. Кажется, она ничего.
– Укулеле? Думаешь, ей нужна?
– Ну, не понравится ей, будет играть ее соседка.
Митя насупился.
– Ой, Муромец, ну хватит этих страдальческих лиц. Это нормальный подарок, серьезно.
Митя ничего не ответил, но принялся рассеянно тренькать по струнам укулеле и в итоге взял ту, на которую указал Сева.
Возле прилавка с кассой он продолжал молчать и подал голос только тогда, когда Сева свалил на широкую столешницу книги.
– А это что, кстати? – Митя покрутил перед глазами калейдоскоп.
– Это талисман на удачу, – ответила девушка за прилавком. – Чтобы удача пришла, калейдоскоп надо разбить. Правда, кажется, кто-то уже выпустил из него всю магию… Тут трещина.
– Интересная штука, – сказал Митя. – Покупаешь сестре? – Он тоже хотел подколоть друга, но разве провернешь такое с Заиграй-Овражкиным?..
– Ну не Рубцовой же, – фыркнул Сева и про себя взволнованно подумал: «Точно! Ведь надо что-то взять для Лизы и Юли! Юля всегда отовсюду тащит сувениры, будет, наверное, рада».
Взгляд его забегал по полкам, пока девушка-ворона аккуратно оборачивала каждую книгу хрустящей бумагой. На глаза попались две куклы: пыльно-белая коза в черном кружевном платье и ворона в кипенных рюшах. У козы виднелся даже характерный прямоугольный зрачок.
– И вот этих двоих, пожалуйста.
– О Ярило, – воскликнул Муромец. – Надеюсь, ты не оставишь их в нашей избе? Если я случайно увижу их ночью, я поседею!
Девушка за прилавком рассмеялась. Внезапно зеркало, висевшее за ее спиной, зарябило, в нем поплыл туман и показалось знакомое лицо главного наставника Дивноморья.
– Август Адамович? – озадаченно проговорила девчонка из-под маски. – Вы что-то хотели?
– Да-да, дорогуша! Не было ли у вас сегодня двух приятных юношей из Заре… – Он осекся, потому что именно в эту секунду Митя с Севой вытянулись и заглянули в зеркало. – А! Муромец и Заиграй-Овражкин! Вас-то мы и ищем. Не могли бы вы вернуться как можно скорее? Дарья Сергеевна настаивает…
По дороге назад в Севе пробудилось целительское чутье, и казалось, что кому-то нужна помощь. Митя тоже ощущал волнение, но связывал его скорее с подарком, который вез совсем не сестре. Он совершенно не представлял, как сможет передать его Василисе. Придется и правда, наверное, отдать укулеле Анисье, и, если инструмент ей не пригодится, Василиса сможет им пользоваться. Он несколько раз прокрутил в голове эту мысль, но состояние его не изменилось. Сев в лодку, которая уже ждала их на пустынном городском пляже, оба друга в полном молчании уставились на воду.
Возле каменной гряды нетерпеливо переминалась с ноги на ногу девушка в белом плаще-куколе. Она замахала и сразу обратилась к Дарье Сергеевне, безошибочно различив в ней наставницу.
– Я Аксинья! Скорее-скорее, мне сказали, что среди гостей есть целитель, который знает, что делать. Нам надо поторопиться. Рана и Осмо расселят всех остальных и отведут к обеду, а я должна проводить целителя сейчас же!
– Это Сева. Ведите его, – откликнулась Лиса. – А мы как-нибудь разберемся.
