Два раза он видел Берендея рядом с Водяной. Под ногами их лежал ковер из трав, на девчонке была надета одна лишь исподняя рубаха, но все окутывал туман, и потому остальные детали остались скрыты от провидца.
– Ты говоришь, это будет лето? – Берендей расхаживал туда-сюда, сотрясая стены. – Мы должны направить Милонегу. Мы должны показать ей путь.
– Лето, – повторил Ворцлав. Все его тело потряхивало – это всегда служило знаком приближающегося видения. – Я чувствую, что Союз Стихий готов явиться! – Перед внутренним взором вспыхнула и исчезла огромная книга, страницы которой пестрели изменяющимися письменами. – И в Союзе вы рядом с Водяной колдуньей.
– Но кто остальные? Кто они?
– Они прячутся в тумане, их образы еще не проступили.
– Где это случится?
– Водяную держат там, куда нам не добраться. Куда не добраться даже великой владычице. За стенами, возведенными древними силами. И защищают их воины неживые – сорок сороков… – пробормотал Ворцлав, капая в чашу воск. На мгновение вместо своего отражения он увидел лицо Полины.
– Есть ходы, недоступные человеку. Узнай их. Есть магия, от которой даже Ирвинг не сможет ее укрыть. Мне нужно туда попасть! Я – часть будущего Союза Стихий! И когда это случится, дух Милонеги должен быть рядом!
– Предводитель… – снова забубнил Ворцлав. – Огнеслав…
– Что?! – рявкнул Берендей и суетливо оглянулся, будто в его собственный особняк Огнеслав мог заявиться в любую секунду.
– Огнеслав тоже жаждет попасть в это место… и я чую… Ключ к двери почти у него в руках. Вам стоит его держаться. Вам надо попасть туда во что бы то ни стало.
– У меня есть свой ключ, – довольно хохотнул Берендей, меряя огромными шагами зал. – Мой помощник проведет меня…
– Его образ тоже скрыт туманом… Но Огнеслав… Огнеслав на верном пути.
– Но что, если он захочет быть в Союзе…
– Нет, на плече Водяной колдуньи я вижу вашу руку! И… Но что это? Зеркала! – выкрикнул провидец, и что-то невидимое оттолкнуло его от чаши. Ботинок ударил по ножке стола, чаша опрокинулась, вода расплескалась по полу.
Берендей разъяренно зарычал, но Ворцлав затараторил:
– Я видел странное! То, что противоречит законам магии, которые я знаю! Девица! Водяная колдунья! Нарушает целостность пространства, она ходит… сквозь зеркала! Это неподвластно никому, кто имеет бренное тело!
– Но подвластно… духам?
– Думаю, да, мой господин.
Ирвинг вошел вслед за Рублевым и Черной Курицей, дверь захлопнулась и растворилась. Комната выглядела как раньше: высокая стойка бара, за которой усердно тер стаканы и поглядывал на посетителей из-под кустистых бровей Гарип, несколько длинных скамеек и столов, маленькие окна под потолком. Первым ощущался запах потустороннего города. Но запах этот, поначалу интригующий, рождающий в голове необычные образы, скоро начинал казаться вонью: тяжелый осадок выхлопных газов, неживого пластика, гниющих в сырости старых подъездов и прогорклого масла.
«Путевой деннице» могло было быть и десять лет, и тысяча – интерьер бы не поменялся. Ирвинг знал, что иногда люди из дружины встречались за этими столами со Старообрядцами или странниками, но все официальные встречи кланов проходили в специально подготовленных залах особняков на нейтральной территории.
Деловых встреч со Старообрядцами не было слишком давно, и потому острота восприятия притупилась, словно в глубине души он уже не верил в то, что переговоры возможны. На этот раз на встрече настаивал совсем не Берендей, а некто иной, чье имя Ирвингу было незнакомо.
Ради них Гарип выпроводил всех посетителей, зачаровал все входы и разрешил каждой из сторон собственноручно наложить дополнительные заклятия – от прослушивания стен и Всепроникающего взора. Ирвинг двинулся к центральному столу. Дверь с противоположной стороны распахнулась, и навстречу ему вышли трое: приятного вида мужчина, еще моложавый, с интересным, запоминающимся лицом; за ним шла девушка с татуировками целительницы, а вот следом чуть медленнее остальных ковылял, подхрамывая на одну ногу, старик, которого Ирвингу уже приходилось встречать.
– Колояр, – произнес он. – Неожиданно! Мы столько лет о вас не слышали.
Маги остановились друг против друга.
– Вы, полагаю, Огнеслав? – догадался Ирвинг, переводя взгляд со старика на мужчину.
– Все верно. Геша, моя помощница, – представил Огнеслав спутницу, но та лишь криво усмехнулась, взгляд ее стал тяжелее.
– Что ж, это Яромир Рублев. Колояр, конечно, давно знаком с ним. А это Катерина, глава моей дружины.
– Глава дружины? – скептически дернула бровью Геша. – Глава вашей дружины – женщина?
– Позвольте, как правильно толковать ваш вопрос? – вежливо улыбнулся ей Ирвинг, но Огнеслав жестом остановил помощницу и указал на стулья.
– Присядем?
