– Так вы хотите, чтобы я управлял объединенным сообществом магов? – удивился Ирвинг.
– Не вы… а наш общий совет. Мы выберем старейшин из представителей нашей магии…
– Совет старейшин беспрекословно подчиняется Ирвингу, – вмешался Рублев.
– И если Ирвинг примет решение, противоречащее воле совета, все это решение исполнят? – усмехнулся Колояр.
– Именно так.
– Зачем же вообще нужен ваш совет? – встряла Геша, с явным раздражением и скукой откинувшись на спинку стула.
– Вы задаете такие вопросы, как будто даже не пытались разобраться в устройстве нашего общества, – пожала плечами Черная Курица.
– Предпочту услышать это от вас.
– Что ж… Единственное, что может сделать совет без моего голоса, – это убрать меня с роли предводителя, если я перестану их устраивать, – сказал Ирвинг. – С остальными нюансами, я уверен, вас познакомят ваши люди, затесавшиеся в наши ряды. Скажу коротко: старейшины – это не просто группа людей, одержимых идеей власти. Это люди, чьи предки создали наше сообщество. И на плечах всех двенадцати лежит ответственность за его сохранение. Так что они будут последними из Светлых, кто захочет объединяться со Старообрядцами, даже если общим предводителем буду я.
– Значит, вы отказываетесь?
– Сначала я обсужу это со старейшинами, – сказал Ирвинг, а Яромир усмехнулся. – Послушаю мнение совета. Это сложная ситуация, в которой нам с вами в любом случае предстоит немало встреч и переговоров.
– А потусторонние тем временем уничтожат все, до чего смогут дотянуться? – Лицо Огнеслава впервые исказила нервная гримаса.
– Ну, не так уж долго мы будем советоваться! – взял слово Яромир. – Тем более вы прекрасно умеете приструнять потусторонних. Точнее, поступать с ними так же, как они поступают с природой и другими живыми существами. Вы тоже эксплуатируете их ради собственной силы и удобства.
От Геши не укрылась ухмылка Ирвингова спутника.
– Почему вы не воспринимаете нас всерьез? Вы считаете себя правыми. Свою магию – единственной верной! Так почему же вы не хотите расширить свое влияние? – не выдержала она.
– Мы вовсе не уверены в своей правоте, – ответил Ирвинг. – Поверьте, почти каждый из нас сомневается чуть ли не ежедневно. Именно поэтому мы так стараемся оберегать непосвященных, а порой даже ограничиваем их свободу – в этих сомнениях люди способны наломать дров. Но вы правы, дорогая, что мы не хотим расширять влияние. Влияний и так достаточно. Старообрядцы влияют на потусторонних по праву сильного. Потусторонние – на природу…
– И вы сидите в стороне и смотрите на все это? Вы осуждаете нас, ваши дружинники уничтожают наших сородичей, но сами вы и палец о палец ударить не хотите?
– Как заметил Огнеслав, нас немного. И наше сообщество несколько раз в день подходит к грани, после которой может случиться крах. Мы вынуждены постоянно балансировать. Между традициями и новшествами. Между свободой и сдержанностью. Между мудростью, строгостью и детским безрассудством. Между злом, которое так просто выпустить из себя, и служением высшей цели.
– И какой цели вы служите? Год от года вас становится больше только на несколько человек! К тому времени, как вы окрепнете, потусторонние уничтожат планету, – прошипел вышедший из себя Огнеслав. – Неужели ты, Ирвинг, можешь спокойно смотреть на это? Где же твоя любовь? Где твое служение высшему – силам природы?
– Как только вы сможете предложить план по спасению природы, который не подразумевает запугивание или порабощение потусторонних, я буду первым, кто его выслушает, – сказал Ирвинг. – Веками мы не можем прийти к решению этой задачи. И если это сделаете вы, мы вас поддержим. Но Магии крови в этом плане не место.
– Вы боитесь потусторонних? – вдруг подала голос Черная Курица, глядя на Огнеслава. – Настолько боитесь потусторонних?
– А вы – нет? – Он дернул плечом. – Рано или поздно они все уничтожат!
– Возможно, – отозвался Ирвинг и поднялся. Черная Курица и Рублев встали следом. – Пока же мы будем идти своим путем. Если захотите присоединиться к нам, отказавшись от своего колдовства, мы всегда готовы вас принять.
– Вашими методами зло не остановить!
– Я до сих пор не уверен, что его вообще можно остановить. Но его точно можно уменьшить, чем и занимается наше маленькое сообщество.
Яромир под молчаливым взглядом Гарипа положил на барную стойку мешочек с самоцветами и вслед за Ирвингом и дружинницей направился к двери, вспыхнувшей прямо в стене. Через несколько минут все трое уже вдыхали аромат весеннего леса, а за их спинами возвышался почти ничем не примечательный ствол умершего дерева.
– Пора домой, друзья, – сказал Ирвинг. – Нам всем есть о чем подумать. Когда вы сможете подготовить отчет о встрече и представить его старейшинам?
Рублев улыбнулся, его треугольная бородка дрогнула.
– Завтра, Ирвинг. Только позвольте мне поделиться с коллегами мнением этого клана о нас.
– Вас оно рассмешило?
– Особенно то, что мы якобы притесняем женщин и спариваемся с близкой родней.
– Вам не кажется это любопытным? – сказал Ирвинг. – Они знают, сколько женщин в совете старейшин. Значит, кто-то дал им эту информацию.
