– Что-то не так? – спросил он, направившись к настенному зеркалу, но на полпути замер и оглянулся. – Вон они, твои кандалы, на стуле. Есть с креплениями для ног, но я бы порекомендовал обмотать цепями руки, будет эффектнее.
Он указал на горку ржавых цепей, две из которых заканчивались тяжелыми шарами. Сам же скинул халат и босиком зашлепал к шкафу.
– Это твой костюм? – воскликнула Полина, заметив на дверце шутовское трико, сшитое из разноцветных ромбов.
– Он самый.
– Ты будешь арлекином?
– Не совсем… – Он снял с плечиков трико и натянул его сначала на ноги, а потом влез в него целиком. Теперь его тело оказалось плотно обтянуто разноцветной тканью, и Полине пришлось признать, что выглядело это очень привлекательно. – Ну вот, только объедаться нельзя. – Митя выкатил живот, представляя, как будет выглядеть после плотного ужина. Эта картина его рассмешила. – Сегодня ты должна за мной следить! Чтобы я не ел и держал спину прямо! Застегнешь? – Он подскочил к ней и повернулся, подставляя пальцам петельки и пуговицы.
– Пусть за тобой следит Марьяна, ладно? И еще несколько десятков колдуний и колдунов, в которых твой вид разожжет пламя страсти.
– И это мне говорит девица с голой спиной.
Раздался стук в дверь, и, не дожидаясь ответа, в комнату вошли молодая женщина с маленьким мальчиком. Застав Митю с девушкой, которая вольно сидела прямо на его столе и застегивала пуговицы на его костюме, колдунья замерла на пороге.
– А, привет! – Митя помахал гостям. – Проходите, проходите! Знакомьтесь! Это Полина Феншо, Водяная колдунья. Лара Нарышкина. И Гриша.
– Очень приятно. – Лара выдавила улыбку и осмотрелась, словно искала глазами Марьяну. – Вот, привела Гришу, как ты и просил.
– Я болотник! – торжественно выкрикнул мальчуган.
– Прекрасно, Лара, спасибо! Если остальные дети пришли, зови их сюда. – Митя снова вернулся к шкафу, откуда тотчас появилась целая охапка разноцветных плащей детских размеров. – Ну что, дружок, раз ты болотник, то твой плащ зеленый, держи.
Полина наблюдала с любопытством. Через минуту в комнате уже можно было насчитать десяток детей, среди них она узнала Лизу, сестру Заиграй-Овражкина, которая в окружении милых феечек и грозных колдунов прошлого выглядела жутковато в изодранном платьишке мавки. Митя раздал каждому ребенку плащ, выполненный под цвет наряда – Муромцы позаботились даже о такой мелочи.
– Сегодня вы – важная часть моего костюма, поняли? – строго спросил Митя, и малыши почему-то засмеялись. – Когда я заиграю на флейте, вы должны надеть капюшоны и следовать за мной. А ну-ка попробуем!
Он поднес флейту к губам и издал несколько протяжных звуков. Дети выстроились рядком и натянули капюшоны. Полина не успела даже моргнуть, как перед ней вместо детей в разноцветных плащах оказались огромные крысы в лохматых серых накидках. Дети, увидев в зеркале свои отражения, покатились со смеху.
– Как ты это выдумал? – спросила она.
– Помог наш парикмахер. – Митя пожал плечами. – Мне, знаешь ли, в голову лезли только печальные образы. О, я вижу, ты выбрала цепи? Отменный вкус!
– Ты плизлак? – Кто-то потянул Полину за платье, она обернулась и увидела Лизу. – Плизлак?
– Да, призрак. А ты ведь мавка? Знаешь, главное, не пугай Маргариту Руян, договорились?
Круглое Лизино личико исказилось хитрой улыбкой.
– Малгалита Луян, – повторила она и дернула светлой бровкой так, как умел делать только Сева.
– А ну-ка, детки, построились, – объявил Митя, натянув красные ботинки с длинными загнутыми носами, на которых болтались бубенчики. – Нам пора встречать гостей. В зал зайдете первыми и разбежитесь к родителям. Но как только я появлюсь и заиграю, вы…
Он сделал паузу.
– Надеваем капюшоны и идем за тобой! – отчеканил мальчонка с двумя скрученными рогами.
– Молодец, фавн! Будешь за главного!
Вниз спускаться не пришлось: главный зал располагался на этом же этаже, только ближе к лестнице. Полине нравилось медленно брести за Муромцем, таща за собой тяжелые цепи: он закрепил металлические браслеты на ее запястьях.
– Я вообще… похожа? – спросила она, так и не дождавшись от него комментария по поводу ее костюма. В ответ Митя неясно улыбнулся.
Гости уже стекались в зал. Когда кто-нибудь входил, музыканты играли новую мелодию, и она чудесным образом дополняла костюм. Дети ворвались первыми и мгновенно растворились в толпе. Из-за плеча Муромца Полина уже видела Анисью, но не двигалась с места. Митя переступил порог, музыка грянула совсем невеселая, несмотря на его пестрый костюм. Гости обернулись – Митю легко можно было узнать даже под нарисованной красной маской. Он взял флейту и тихонечко заиграл, двигаясь по длинному проходу между людьми. Со всех сторон вдруг начали выныривать дети. Они бежали к нему, рядком выстраивались за его спиной и один за одним натягивали капюшоны.
– Крысы! Крысы! – раздалось со всех концов зала. – Да это же Гамельнский крысолов!
