Полина двинулась за детьми. Она шла медленно, цепи звякали, ударяясь о пол. Она ни на кого не смотрела, хотя ощущала на себе чужие взгляды. Все ли тут знали о призраке, заточенном в особняке Муромцев? Она надеялась, что хотя бы некоторые догадаются, кого она изображает.
Она шла туда, где кучка магов собралась, как ей казалось, вокруг Анисьи. Одна из крыс сбросила капюшон, превратившись в чумазую мавку, и запетляла между ног. Полина старалась успеть за ней, догадавшись, что задумала Лиза. Девчушка хитро вглядывалась в наряды и наконец остановилась за спиной дивной восточной царевны в полупрозрачных шароварах, шитом золотым бисером лифе и мягких туфельках. Крохотная ручка вытянулась и дернула Шахерезаду за черную косу. Маргарита обернулась, сверкнув глазами над прозрачным платочком, прикрывавшим нос и рот, и вдруг коротко вскрикнула, в первый миг приняв Лизу за настоящую мавку. Девчушка расхохоталась.
– Нельзя так пугать! – возмутилась Маргарита, со страху оперевшись на руку Василисы, и Полина поняла, что не сразу признала ту в костюме: перед ней стояла прекрасная демоница, волосы ее ложились волнами, красный плащ тонкими складками спадал с плеч, а под ним нежное девичье тело обвивали стебли цветов и змеи. Алые губы Василисы растянулись в улыбке, глаза, подведенные темным, сощурились.
– Ты же еще не видела Лилит! – догадалась Маргарита, отходя от испуга, и подтянула Полину ближе.
– Анисья сказала, это Стася Романова, какая-то ее знакомая. Она вырядилась сиреной, вот умора, да?
В центре толпы и впрямь стояла вовсе не Анисья, а крупная девушка в пятнистом наряде, к ее спине крепились два сложенных перепончатых крыла. Но молодые колдуньи смотрели не на эту сирену, а на ту, что застыла рядом и разглядывала Стасю с насмешливой ухмылкой. Волосы Севы были зачесаны назад, поэтому заостренные уши сразу выдавали в нем эльфа. Он был одет в килт и белую рубашку.
– Это еще кто? Шотландский эльф? – Митя вынырнул из-за спин почти следом за Полиной. – Овражкин, да они отродясь не носили килты! Это халтура, а не костюм!
– А сумочка зачем? – спросила Стася Романова, кокетливо хихикнув, и ткнула пальчиком в латунную пряжку споррана, висевшего поверх килта.
– Шотландцы не носят трусов, – ответил Сева. – Так что «сумочка» нужна, чтобы не случилось конфуза. Ну там… если ветер подует… Или кто-нибудь будет ходить поблизости с обнаженной спиной.
Раздался дружный хохот, но Полина не сразу поняла, на кого он намекает, и потому покраснела только тогда, когда все уже отсмеялись. Неужели Сева успел рассмотреть ее платье? Но когда? Она подошла только что и спиной к нему не поворачивалась!
Стася Романова оправилась от удивления и воскликнула:
– То есть ты оделся в добрых традициях?
– Ну, я же изображаю шотландского эльфа, а не какого-нибудь другого. Хоть Муромец и не согласен.
– Овражкин, ты просто ленивая задница! Не носят эльфы килтов, даже шотландские! Кого ты пытался обмануть?
Снова грянул смех.
– Боги, Муромец, да ты ничего не понимаешь в эльфах! Не позорься!
– А у Полины ведь тоже эльфийское платье! – воскликнула Василиса, до этого тихонько стоявшая в стороне. – Между прочим, свадебное.
Полина поймала насмешливый Севин взгляд.
– Да, то есть нет… в общем… Об эльфах я почему-то не вспомнила, когда придумывала наряд.
– А кто же ты? – спросила Стася.
– Призрак. Мертвая девушка из рода Муромцев, которая прислуживает Мите. – Полина наконец улыбнулась. Глаза некоторых неловко забегали, будто слух этот оброс то ли непристойными подробностями, то ли еще какими-то деталями, о которых вслух лучше было не говорить.
– Если она хотя бы вполовину так красива, то Муромцу повезло! – откликнулся подкравшийся откуда-то Алеша Попов.
– Это точно! – добавила Анисья. – Полина просто бесподобна!
Полина благодарно глянула на Муромца: все-таки это он потрудился найти ей кандалы. Но глаза его следили за той, кого он, как и сама Полина, сначала не признал в костюме Лилит.
– Анисья, деточка. – Среди молодежи вдруг возник вампир с шапкой седых волос.
– Слушаю, бабуль!
– Кажется, все гости собрались. Не пора ли их поприветствовать?
– Иду!
– Не забудь воспользоваться чарами наряда! – шепнула Маргарита вдогонку.
Анисья пробралась на сцену, гости подтянулись ближе. Музыканты отложили инструменты. Руки Анисьи были сложены на груди, длинные черные перья превращали ее в самую настоящую птицу.
