– И он торопится к нам, чтобы с горя пригласить эльфа? – усмехнулась Маргарита. – Посмотри, как решительно он настроен! Это все твои чары, Се… А? Да-да! Очень приятно! – Она вытянула руку и пожала ладонь Николая Романова, потому что тот остановился прямо перед ней.
– Не желаете потанцевать? Сейчас будет медленный, если слухи верны. – Он выстоял под смешливым взглядом Маргариты, и ей пришлось согласиться.
Сева уселся на Маргаритино место, отчего Полине стало неловко. Разговор о семьях что-то растормошил в ней, и она уже несколько минут ощущала волнение.
– Интересно, он пригласил Шахерезаду, потому что не решился иметь дело с привидением Муромца? – спросил Сева больше себе под нос, хотя на лице его промелькнула улыбка.
«Потому что меня вообще почти не приглашают», – мысленно ответила Полина. Она помнила то время, когда считала, что ее не приглашают из-за недостаточной привлекательности. Тогда она думала как потусторонняя и искала всему простые объяснения. Теперь она знала, что красива так же, как и остальные. Красива, потому что сама научилась видеть красоту в каждой черточке, которую раньше посчитала бы изъяном. Да, она была не такой уж яркой, не слишком складной и грациозной, не очень уверенной в себе, не чувствовала в своем теле силу, потому что слишком часто это тело оказывалось во власти проклятия. Но понимала, что и все это кому-то может показаться прелестным и милым. Ее не приглашали по какой-то иной причине. Словно для многих она существовала лишь наполовину и впрямь была скорее похожа на призрака. Думать же о том, как ее видит Заиграй-Овражкин, было невыносимо, как и тогда, когда она считала, что он не танцует с ней только потому, что в зале полно девушек посимпатичнее.
– Надо же, медленная песня! Романов не выдумал! Разрешите же, прислужница Муромца, предложить вам одно увеселительное действо. – Сева внезапно повернулся и протянул над столом руку.
– Что за действо? – занервничав, уточнила Полина.
– Хм? – Брови его насмешливо подскочили, однако ответил он очень серьезно, как будто объяснял схему действий при сложном обряде: – Если убрать музыку, это действо выглядит так, будто все люди сошли с ума и странно дергаются, перемещаясь по залу.
– А, танец? – Она вспыхнула. Неужели не шутка? Сева не то что еще не перетанцевал со всеми девушками, он не потанцевал вообще ни с кем!
Она робко встала, но тут же ухватилась за столик, потеряв равновесие – тяжелые цепи на руках перевесили.
– Ой.
– Так ты из-за них не танцуешь?
– Похоже на то…
– Может, стоит снять? – предложил он, и Полина вдруг приросла к полу. Горячая волна поднялась от ног к груди: это было что-то из ее снов, тягучих, душных, медово-сладких. Пришлось взять себя в руки и просто кивнуть.
Она не сразу поняла, что произошло. Сева побледнел, глаза его наполнились холодом, и он совершенно неожиданно вцепился в ее плечо, больно сжав пальцами. Смотрел он куда-то мимо нее и не мог оторвать оттуда взгляда. Это явно было для него важнее танца. Она обернулась. Мимо плыло странное существо. Колдунья обрядилась в сверкающие лохмотья: словно плащ, ее плечи покрывала рыбацкая сеть, украшенная ракушками. Коса казалась раз в пять толще обычной и по-змеиному выгибалась. Лицо пряталось под полупрозрачной маской из перламутра. Колдунья махнула пальчиками в знак приветствия и медленно поплыла дальше. Сева отшатнулся, напрочь забыв о Полине. Он опустился на стул и принялся тереть висок, где все еще проступали едва заметные бугорки шрамов.
– Кто это? – осторожно спросила Полина.
– Морская царевна. Как она додумалась одеться… в это?
– Ах, Сева, вот ты где! – прямо из ниоткуда возникла Стася Романова в костюме сирены и вложила свои пальцы в его ладонь. – Надо срочно идти, я знаю эту песню, и она просто сумасшедшая! Меня тянет потанцевать под нее именно с тобой.
Полина отвернулась. Знала, что на лице точно проступит досада, и совсем не хотела, чтобы Сева это видел. Он безвольно поднялся со стула и с пустым взглядом побрел за Стасей.
Полина плюхнулась на его место, тоскливо оглядела танцующих и попыталась освободиться от проржавевших оков. Эффект на гостей она произвела, теперь надо было снять цепи, чтобы больше не попадать в такие дурацкие ситуации. Маскарад оказался не такой уж веселой затеей: Маргарита едва не поседела при виде маленькой мавки, мать Звединки додумалась вырядиться Вещейкой, и с самой Полиной едва не случился приступ от одного ее вида. Теперь еще и эта Морская царевна. Подумать только, напугался даже Заиграй-Овражкин!
Открывающие заклинания не срабатывали, цепи продолжали оттягивать руки. Требовалось иное колдовство.
Кто-то дотронулся до ее спины легонько, будто случайно. Она увидела Алешу Попова, застывшего с участливой улыбкой.
– Привет еще раз. Отдыхаешь?
– Поможешь мне снять кандалы? Из-за них я не могу танцевать. Я сегодня не в ладах с ворожбой – так что даже простейшие открывашки не срабатывают. – Она сама с удивлением услышала, как голос ее стал жалобнее, словно хотелось получить от Алеши сочувствие, а не помощь в колдовстве.
