С ним в холле остался только Олег. Вместе они сидели перед многочисленными мониторами и наблюдали за передвижениями коллег через камеры. Тишина в гостинице висела гробовая, Игорь даже радио не дал включить, чтобы слышать каждый шорох, поэтому они оба сразу заметили, когда загудел вдруг оживший лифт.
Игорь быстро проверил трансляции из холлов: ни в одном никого не было. Так кто же вызвал лифт?
Он резво вскочил, выбежал из комнаты охраны и приблизился к шахте, как раз когда кабина, спускавшаяся с третьего этажа, прошла мимо. Но с подземного этажа ведь нельзя вызвать лифт! Да и ключ, открывающий туда доступ, сейчас не вставлен.
Игорь сделал шаг назад, расстегнул кобуру и достал пистолет, напряженно наблюдая за цифрами в окошке: зависшая надолго единица переключилась на двойку и снова замерла. В тишине даже было слышно, как лифт тренькнул этажом выше.
– Присмотри тут, – коротко приказал Игорь Олегу и метнулся на лестницу.
Рация во второй руке зашипела, и в динамике раздался голос Олега:
– Игорь, там из лифта какой-то хрен в черной мантии вышел… Идет к Кристине. Как понял? Прием!
– Понял тебя, – отозвался Игорь, нажав на кнопку. – Иду за ним. Прием!
– Ребята, второй этаж, номер Кристины, – тем временем передал Олег в эфир. – Прикройте Игоря. Повторяю: на втором этаже у номера Кристины нужна…
Его голос вдруг оборвался, словно он отпустил кнопку на рации раньше, чем следовало.
Игорь тем временем выскочил в уже пустой холл на втором этаже и стремительно зашагал по коридору к номеру Кристины, напряженно прислушиваясь. Ковровая дорожка, конечно, гасила звуки шагов, но магнитные замки и двери открывались довольно шумно, не говоря уже о необходимом при закрытии хлопке. Но ничего из этого он так и не услышал, а на площадке перед улучшенным номером, когда он туда дошел, снова никого не оказалось.
Коридор, изгибаясь под девяносто градусов, тянулся дальше, но в нем никого не было видно. Вторая лестница, находившаяся тут же, давала возможность как подняться, так и спуститься, но и на ней в пределах видимости никого не было.
– Олег, куда он делся? – спросил Игорь, нажав на кнопку рации. – Прием!
Рация коротко зашипела, но ответа не последовало.
– Олег, ответь! Прием…
И снова шипение и тишина.
– Олег, мать твою! Ты где?
На лестнице наверху послышался топот ног, и Игорь инстинктивно направил на звук дуло пистолета, хотя уже понял, что это не «хрен в черной мантии», а его же коллеги. Значит, тот не наверх пошел, иначе они бы с ним столкнулись.
– Что происходит? – спросил кто-то.
Но Игорь уже шагнул на лестничный пролет, ведущий вниз, и только коротко велел:
– Двое здесь, один за мной!
Дверь номера приоткрылась, и в образовавшуюся щель выскользнула София. Она попыталась закрыть ее как можно тише, но хлопка и щелчка все же избежать не удалось, а на ручке двери остались следы крови.
София торопливо направилась по коридору к главному холлу. За стойкой администратора никого не было, но из комнаты охраны доносился голос мужчины:
– Ребята, второй этаж, номер Кристины. Прикройте Игоря…
Надеясь, что охранник слишком занят разговором по рации и отслеживанием камер, София пересекла холл, направляясь к двери с табличкой: «Только для персонала». Ей почти удалось добраться до нее, когда она услышала:
– На втором этаже у номера Кристины нужна… Эй, дамочка! Вы куда? Туда нельзя!
София вздохнула, крепче сжав в правой руке рукоять ножа, пока охранник подходил к ней, и пробормотала:
– А мог бы еще жить и жить…
Диана дернулась, пытаясь увернуться от удара, – и реальность мгновенно перевернулась. Исчезли яркий свет ванной комнаты и зеркало вместе со странно ведущим себя отражением, вокруг стало темно, а она сама оказалась на мягком матрасе своей кровати.
– Ди, ты чего? – сонно прохрипел Карпатский, приподнимаясь на локте.
– Это не София, – только и смогла прошептать в ответ Диана.
Ее голос тоже пока плохо слушался, но сознание быстро прояснилось. Она села на кровати и возбужденно посмотрела сквозь полутьму на Карпатского. Тот лишь пару раз моргнул, пытаясь осмыслить ее слова.
– Что? Почему?
– Мы же задавались вопросом, что получил созданный лабиринтом убийца от Марии Смирновой. София первая предположила, что на нем могли быть ожоги, которых мы не видели. Но что, если вместо ожогов – или кроме них – он получил способность притворяться кем-то другим?
Карпатский тоже сел, обдумывая ее слова, и вскоре мотнул головой.
– Нет, кем-то другим притворялась не Мария, а Оксана, которая ее убила…
– Да, но по сути-то, получилось как? Марию Смирнову опознали и похоронили под чужим именем.
– Как кого-то другого… – задумчиво повторил Карпатский. – В этом есть смысл… Наверное…
– Если задуматься, то Софии вообще неоткуда было взяться в том лабиринте, – продолжила рассуждать Диана. – Четыре зеркала, четыре похищения. Семья Селезневых была похищена за раз, а оставшиеся три зеркала достались нам троим: мне, Юле и Кристине…
– Нурейтдинов говорил, что тебя и Юлю могли отправить в лабиринт одним зеркалом, вы ведь почти одновременно пропали…
