В пять минут третьего к банку подошел какой-то мужчина в джинсах и куртке свободного покроя. Его походка была мягкой и вкрадчивой, как у кошки, а лицо излучало уверенность в собственной значимости. Именно этим, по мнению Стормонта, он отличался от всех своих сверстников, коим было около тридцати или чуть больше. Когда он подошел поближе, Стормонт с удивлением обнаружил, что на его губах сияет почти та же полуприкрытая ухмылка, которую он недавно видел на лице Кэсси, может быть, чуть более развязная. Мужчина остановился перед дверью и решительно нажал на кнопку звонка. Затем он что-то сказал в домофон и тут же исчез за дверью.
Стормонт бросил на стол несколько монет и вышел из кафе. Неподалеку от банка он отыскал свою машину с терпеливо ждущим шофером.
Кэсси томилась в своем офисе, ожидая прихода Оуэна Куэйда. Тот появился лишь в пять минут третьего в сопровождении Эммы и со своей неизменной широкой улыбкой на лице. Кэсси окинула его оценивающим взглядом — куртка, белая рубашка, голубые потертые джинсы лишь слегка скрывали хорошо знакомое ей крепкое мускулистое тело. Она подняла голову и посмотрела ему в глаза. Они по-прежнему были добрыми и голубыми, с едва заметными зелеными крапинками; и такая же, как раньше, пышной была его шевелюра. Ее взгляд невольно задержался на его губах.
Ее дальнейшие мысли были прерваны его решительными действиями. Куэйд бесцеремонно приблизился к ней, обнял за плечи и крепко поцеловал в губы. Эмма возмущенно нахмурилась, но тут же ретировалась к своему столу.
— Присаживайся, — пригласила Кэсси, неохотно высвобождаясь из его объятий.
Он плюхнулся на стул и, широко расставив ноги, наклонился над столом Кэсси.
— Ты выглядишь просто потрясающе. — В его голосе все еще отчетливо пробивался тягучий американский акцент, несмотря на то что он уже около десяти лет жил в Англии. Он достался ему от матери-американки. Вместе с ней он прожил в Новом Орлеане свои первые двадцать лет жизни и лишь потом переехал в Лондон к своему отцу-англичанину.
Кэсси невольно вспомнила скрытного и сдержанного Стормонта. По сравнению с ним Оуэн вел себя абсолютно бесхитростно и откровенно во всем, что касалось их взаимоотношений. Но и у Стормонта были свои бесспорные преимущества. Короче говоря, они оба будоражили ее воображение и заставляли закипать кровь в жилах.
— Может, прогуляемся немного? — спросил Куэйд почти шепотом.
Она вскинула вверх ладони.
— Не могу. Много дел.
Оуэн пристально посмотрел на нее, представил ее в другом виде и при других обстоятельствах и тяжело вздохнул.
— Ну что ж, бизнес есть бизнес. Я вверяю свои профессиональные способности в твои нежные руки. Что ты хотела от меня?
— У нас новая сделка и новый клиент.
Он внимательно посмотрел на Кэсси. В ее голосе можно было без особого труда уловить то самое волнение, которое возникает у нее всякий раз, когда на горизонте начинает маячить новое рискованное предприятие. Но сегодня в ее взгляде было еще что-то: некоторое сомнение, какая-то неуверенность.
— Ну-ка выкладывай, — мягко потребовал он.
Кэсси была приятно удивлена его тоном, так как подобную нежность он проявлял только в постели.
— Это женщина, которую, как мне кажется, я хорошо знаю. Мы вместе учились в Оксфорде. Правда, потом я не видела ее много лет, но мы все еще близкие подруги. Именно она предложила мне эту совершенно невероятную сделку.
— Ее имя?
— Ева Каннингэм.
Куэйд полез в карман за сигаретами и зажигалкой. При этом он низко опустил голову, чтобы Кэсси не увидела ненароком его лицо. Глубоко затянувшись, он снова посмотрел на нее.
— И что же ты хочешь?
— Ты ведь понимаешь, что беспокоит меня. Она моя подруга, это так. Но уж слишком велик риск в этом деле, да и цена риска тоже велика. Конечно, я знаю Еву, но руководство нашего банка ее не знает. Мне бы не хотелось брать на себя подобную ответственность. Да и как вообще можно знать своих друзей, тем более что прошло столько лет? Я бы и сама попробовала что-нибудь выяснить, но у меня совершенно нет для этого времени.
Оуэн не прерывал ее, стараясь скрыть собственное смущение. Через какое-то время она умолкла и недовольно посмотрела на него.
— В чем дело?
— Ни в чем. Я просто встревожен тем, что ты мне только что рассказала. Если это тревожит тебя, то, стало быть, тревожит и меня.
Кэсси потянулась через стол и крепко сжала его руку.
— Чушь собачья. Не переживай. Нам просто нужно прорваться сквозь эту неразбериху.
Куэйд долго молчал, словно не желая нарушать тишину.
— Вообще-то, — произнес он наконец, — ты могла бы подобрать для такой работы кого-нибудь другого. Здесь важно иметь какую-то дистанцию, независимость суждений, понимаешь? — При этом он и сам понимал, что его доводы выглядят просто смехотворными.
Кэсси решительно покачала головой.
— Нет. Если это нужно сделать, то я бы предпочла, чтобы это сделал именно ты.
Он затянулся сигаретой так глубоко, что, казалось, дым проник во все поры его организма.
Его молчание насторожило Кэсси. Она с тревогой посмотрела на Оуэна. Он тоже смотрел на нее, не скрывая своей озабоченности.
