— А я хочу сыночка!
Демон снова рассмеялся и прижался щекой к моей, проводя смуглым пальцем по носику спящей Эофии.
— Пойдем. Барбатос и Ориас совсем без тебя зачахли. А тролли тебя теперь Богиней считают, знаешь?
— А много ли ты видел тех, кто восставал из мертвых? Я и сама своих способностей сейчас побаиваюсь, хотя, с другой стороны, уверена в них.
— Значит, ты действительно видела Богиню?
— Да, видела…
— Сделка…
— Да. Но прошу, не говори об этом больше никому. Хорошо, Джувиал? Мой любимый шестой муж.
Они были в коме уже неделю, и очнулись только сегодня. Мы все боялись за них, ведь все произошло так внезапно. Первым упал Валефор. Впервые из его глаз хлынули слезы, он схватился за сердце и рухнул наземь. Его сильно трясло, изо рта пошла кровь, и сначала все решили, что орлы сумели его каким-то образом отравить. Но за ним на следующий день последовал и Баал. Он начал задыхаться и держаться за живот. Его хвост начал истончать яд, и мы даже не могли подойти к нему, чтобы помочь. В тот момент я решила, что что-то произошло с Эолин. Если Госпожа на грани жизни и смерти, первыми это чувствую два мужа. Именно по этой причине первых двух мужей выбирают Императрицы, а не сами их дочери. Эти мужья должны быть достаточно сильны, чтобы пережить трагедию своей Госпожи. Однако, он впали в кому. И мне стало очень страшно за Эолин…
А затем…Альфинур…У него пропал голос, глаза поблекли и…Он пропал. Его нашли через несколько дней на границе — раненого и почти изрубленного. Его ввели в искусственную кому, чтобы он смог выжить, и тогда мое сердце сжалось от ужаса. Это значит, что Эолин…мертва? Я не хотела в это верить, молилась каждый день, ждала того дня, когда они очнутся, и они очнулись. Бледные, серые, будто спустились за это время в самую преисподнюю, чтобы вытащить оттуда свою возлюбленную.
Они не разговаривали. Просто потому, что не могли. Но их взгляд был спокойным. Вскоре Валефор и вовсе взял в руки лист и перо и попросил о том, чтобы их переправили в Северную Империю. Это было маловероятно, ведь теперь границы сильно охраняли, но в их глазах была мольба. Артефакт исчез, бороться больше не за что, и теперь основные силы можно бросить на то, чтобы пробить эту охрану на границе. Да и Эолин…Что же с ней случилось?
В любом случае глава фениксов и сам отдал приказ, по которому весь клан уходит в Северную Империю. И теперь мы собираем немногочисленные вещи, чтобы уйти отсюда к лучшей жизни. Мы очень скоро встретимся, Эолин.
Подожди нас совсем немного.
Колеса повозок скрипели, содрогаясь при встрече с камнями, усыпанными снегом. С огромного поля, по которому шел немногочисленный строй, открывался вид на замерзшее в низине озеро, над которым склонились ледяные ивы. Кое-где пробивалась желтая трава, что в этих краях была крайне морозоустойчива, а в посеревших небесах кричали улетающие в теплые края птицы. Мрачный и угнетающий пейзаж, который осветлял лишь снег, скрипящий под ногами. Холодно. Клубы пара, выходящие изо рта вместе с теплым дыханием, еще долго витали в воздухе, закручиваясь в спирали. Нормальных перчаток не было, и немеющие руки можно было согреть, лишь сунув их в карманы теплых шуб, которые тролли когда-то делали из шкур зверей. Склад с валенками сожгли во время нападения, и даже ноги пришлось обматывать мелкими шкурками, закрепляя все прочными веревками. На привалах я спала в шерсти обращенного Барбатоса, а во время самого похода грелась от огненных сфер, которые создавал Джувиал, и все же кончиками пальцев я чувствовала тот холод, что погубил немало путешественников.
Эофия в последнее время плохо спала. Стоило мне передать её в чужие руки, чтобы согреть заледеневшие свои, как она тут же просыпалась, сжимая в тиски мое сердце своим громким криком. Соски были искусаны и сильно болели, настолько жадно моя крошка требовала молока, и со временем кормление превращалось в настоящую пытку для меня. Внутри продолжала накапливаться жаждущая вырваться наружу сила, мощь которой вначале пугала меня. Вся вода этого мира теперь подвластна мне, но пока я даже не могла правильно этим распоряжаться, однако, показывать эту слабость я не имела права.
Они называли меня Богиней. Даже не посланником Небес, а Богиней. Я подходила по описаниям одной громогласной легенды, которую многие народы почитали как предсказание. В ней девушка пожертвовала своей жизнью, а после вновь возродилась из пепла, получив силу, чтобы изменить мир. Тролли верили в неё, а потому последовали со мной на Север, считая, что я веду их к лучшей жизни. Разве могла я разрушить их надежды? Имела ли на это права, держа в руках силу, способную осуществить их мечты?
— Холодно, — сказала я, чтобы нарушить скрип немногочисленных повозок.
— Дальше будет еще холоднее. К тому же рядом горы, — Джувиал отряхнул воротник от снега, что неустанно шел с серого неба.
— Правильно ли я решила идти туда? К нашей деревне…
