Таков твой конец, Эолин? Ты, наконец, встретишься со своим отцом, но слишком многое ты оставила здесь. И вот сейчас великая и красивая Госпожа лежит в обычном деревянном гробу, чтобы быть похороненной на каком-то жалком холме, где её могилу никто кроме нас не найдет. Ты сделала все, что смогла, но мне так хочется назвать тебя виноватой также, Эолин. Прости, но оставлять всех нас здесь, предаваясь небытию, слишком жестоко. Если ты смотришь на меня сейчас с Небес, то прошу, отведи взгляд.
Один из троллей кивнул головой, взяв в руку крышку гроба. Пора. Пора похоронить мимолетное светлое мгновение в моей жалкой жизни. Почему именно мне судьба поручила увидеть смерть каждого дорогого человека? Крышка опустилась на гроб, и маар также беспомощно рухнул наземь. Вот и все. Такова недолгая история прекрасной русалки, что так и не была в своем родном крае. Ты передала эту цель и эту месть своей дочери? Но сколько времени пройдет, прежде чем она узнает правду? Эолин, ты обрекла свою дочь на ту же судьбу, что и у тебя самой.
— Господин, нам нужно закрыть. Прошу отойдите в сторону…
Я повернулся на тихий голос своего подчиненного, с удивлением всматриваясь в незнакомца. Он был здесь раньше? Нет, ни в коем разе, я не видел его прежде. Посланник Харрана? Пришел убедиться, что цель мертва? Тогда я сейчас лично отрублю ему голову, но прежде выдавлю глаза из его глазниц…
— Эй, ты! — я сделал несколько шагов вперед, смаргивая влагу с глаз и хватаясь за топор. Он еще смеет с грустью смотреть на неё! Не этого ли Центр так желал?!
Незнакомец обернулся и выставил руку вперед. Я замер, чувствуя, как тело сковывает какая-то магия, не позволяющая сделать и шагу. Мои поданные так же, как и я замерли на месте.
Этот посланник был демоном? Он не из Харрана? Кто же он? Смуглый, с длинной, толстой, черной косой до поясницы и с яркими зелеными глазами. Не из Харрана, но и не с Севера. Неужели он из третьей Империи? Слишком уж несвойственен его внешний вид здешнему. В правом ухе от мочки до хряща ряд золотых сережек, на руках массивные браслеты, черные широкие шаровары и такая же темная туника, открывающая вид на торс. Один цвет его кожи вызывал вопросы, не говоря уже о расе и о его происхождении, но сейчас меня волновало совершенно не это. Он друг или враг?
Незнакомец тем временем, пробормотав что-то похожее на «Прости», достал из кармана какой-то маленький переливающийся шар. Артефакт? Да, похоже на то, иначе как объяснить выливающуюся из него магическую силу! Покатав этот шар в пальцах, демон попытался открыть рот Эолин, но тот уже намертво закоченел, поэтому он отбросил в сторону плед, скрывающий распоротый живот. Маар и Барбатос поднялись с земли, готовясь взглядом убить незваного гостя, что посмел вести себя так с неприкосновенным телом. Но мужчина, не обратив на это должного внимания, опустил сферу прямо в живот Эолин, прикрыв глаза и сложив руки перед собой в молитвенном жесте.
Так наступила ночь.
Последнее, что я помнила, это лишь занесенный надо мной нож. Я не смогла родить, и мою маленькую крошку пришлось доставать, чтобы спасти. Значит, я умерла при родах? Редкая смерть для женщин Харрана. А теперь лишь белый свет, режущий глаза. Так…спокойно. Боли больше нет. Тело не разрывается на куски в жалких потугах, и среди этой чистоты нет ни единой капли крови. Мне хорошо. Наверное, я даже рада, что все это закончилось. Что закончилось?
Я обернулась, но позади была та же белизна. Мысли, что до этого крутились в голове, вдруг исчезли, и я забыла все, о чем думала. Где я? Что-то, наверное, случилось…Вот только что? Я сделала несколько шагов вперед. Идти так тяжело…Будто позади меня огромная ноша, не дающая двигаться и тянущая назад. А вокруг ничего. Но на душе так спокойно, что хочется улыбнуться неизвестно чему.
Я ещё раз обернулось. Вновь ничего. Почему же так тяжело идти…Но куда я иду? Морская вода внезапно коснулась голых стоп, и у меня перехватило дыхание. Это…море? То самое море, где живут русалки? Подняв подол платья, я побежала по глади воды, но сколько бы я ни бежала, я не проваливалась в эту синеву, а лишь ступала по ней, оставляя позади расплывающиеся диски.
Под водой плавало множество рыб всевозможных цветов. Когда я делала новый шаг, они тут же расплывались в стороны, оставляя меня в одиночестве посреди этой белой пустоши. Одиночество…Слово почему-то зацепилось в сознании. Странное слово. Что оно значит? Что значит быть одному? Остановившись, я вновь обернулась. Позади мне послышался детский плач, но вместо ребенка там была девушка. У неё были длинные белоснежные волосы, стелющиеся под ногами, красивое, но грустное лицо и белые одеяния. В одной руке она держала золотой посох, вокруг которого вилась лоза, а в другой — сжимала что-то в ладони. Она не подходила к морской глади и стояла далеко, но слышать её я могла отчетливо.
— Здравствуй, Эолин…
У неё был невероятно красивый голос, вызывающий по телу мурашки. Девушка говорила медленно и спокойно. Её взгляд был очень внимательным, скорее оценивающим…
