Вокруг была Цитадель, но и без того красивые сады президиума сейчас же были украшены дополнительно. На деревьях висели разноцветные ленты, на фонарных столбиках, разноцветные флажки. Вокруг него была красочная, нарядно одетая толпа, которая что-то восторженно крича, медленно шла в сторону водохранилища. Он видел и азари и турианцев, кроганов и саларианцев, ворка и плывущих на своих грави-креслах, медузяк-ханаров. Рядом шли Хэм и его жена Нова, на плечах брата сидела девочка турианка лет семи и, что-то восторженно крича, махала красным флажком с гербом СССР. Под руку шла Тали в своём сногсшибательном платье, а чуть впереди беловолосая девочка лет десяти-одиннадцати. На ней было цветастое платье и расшитый турианский пояс с висящим на нём клинком в украшенных ножнах.
Ребёнок повернулся и посмотрел на него и во всех его чертах, в улыбке в прищуре чуть раскосых как у кварианцев глаз. Читались черты его семьи. Перед Иваном была Шепард, ещё одна в длинной чреде членов его семьи, чей предок прибыл в семнадцатом веке в загадочную Россию и поступил на службу её Императору носившему имя Пётр Алексеевич.
Девочка ласково посмотрела на него и очаровательно улыбнулась, после чего ужом ввинтилась между ним и женой, взяв обеих взрослых за руки. Некоторое время шли так, слушая восторженные выкрики из толпы, над всем происходящим периодически разносился низкий, но проникновенный голос, рассказывающий о каких-то событиях и всевозможных разумных, являвшихся их участниками. Периодически кто-то кричал «ПОБЕДА!» и толпа подхватывала этот крик. Вздымая вверх руки, в которых были флажки, воздушные шары и букеты цветов. Кто-то нёс транспаранты с цифрой 12 на всех алфавитах.
Вот и берег водохранилища, толпа растеклась по набережной, облепив резные перила, а в центре искусственного озера на постаменте стояло что-то укутанное в ткань. И это что-то было высотой метров двадцать.
— И сегодня! — Донеслось отовсюду, тем же проникновенным голосом. — Мы открываем памятник той, без которой наша общая победа была бы невозможна.
Ткань падает, открывая фигуру стоящей женщины, на которой броня и в руках сжаты клинки.
— Папа! — Восклицает стоящая между ним и Тали девочка. — Это же, тётя Женя, совсем как на той голографии у тебя на стене.
Женька («Нормандия» SR-32, Тимея, 31 августа 2386 г. 12:00 АМ.)
Сумерки рассвета, далёкий горизонт окрашен золотисто-алым, дует лёгкий ветерок, играя волосами на моей непокрытой голове. Стою на аппарели собственного корабля, ожидая, когда мои друзья соберут свои немногочисленные пожитки и попрощаются с экипажем. Котята, Рыбка, батарианец из службы режима R.E.D.S. и майор Киррахе, переходят на «Эль-Аламейн» и отправляются на Лазурную. Туда, где работают все остальные Рыжики. Проф Солус и Ваор Окир в компании с кроганками и нами, отправляются на Тучанку. Заканчивать эту миссию, должную поставить точку в грязнейшей истории пространства Цитадели.
Шелест шагов по камню и я вижу внизу Ивана. Брат поднялся по аппарели и встал рядом, оглядывая вместе со мной горизонт.
— Мы готовы, Жень. — Тихо сказал он.
— Как дела на «Канн»? — Спросила я.
— Всё что могли, мы починили, но многих запчастей у нас просто нет, так что по приходу на Лазурную, загоним «галлов» в ремонтный док. А то, пока, SR-3 не пригоден, ни на что.
— Дойти-то смогут?
— Это без проблем, топлива благодаря дождю полные баки, системы теплоотвода в полном порядке, как и движки и система СТЭЛС. Проблема с электроникой, с системами БРЛО и ДРЛО, датчиками внутри корабля. Модулями управления вооружением, в общем, там, у Артура список на десяток листов. Хотел спросить, как прошла отвлекающая операция?
— Потерь нет, но половина флота ушла в ремонт. Дроны разведчики смогли пройти в Сормский тупик и там куча платформ врага, нас видать ищут…
— Удачи им! — Ответил брат улыбнувшись.
— Согласна, но как только мы воспользуемся ретранслятором, так они всё поймут.
— Но времени на перехват не останется. Удача сопутствует нам, сопутствует тебе, мой рыжий Странник. — Сказал Ванька, обнял и прижал меня к себе.
— Не стоит полагаться на одну удачу. Она дама ветреная, может и отвернуться от нас. — Говорю я, вдыхая приятный запах, идущий от брата. Он пахнет отцовским одеколоном и немного потом, но запах не резкий.
Шипение открывающихся дверей из глубины ангара, тихие шаги множества разумных по прорезиненным коврам дорожек. В ангаре темно и лишь свет, идущий от пандуса, освещает его внутренности, стоящие на своих местах «скорпионы» и висящие под потолком шаттлы. Около одного из них горит одинокий фонарь и видится какое-то шевеление. Опять, наверное, Стив Кортез возится с птичками. Парня прислали к нам вторым пилотом на «Норму», но рулить кораблём Джефф ему пока не доверяет, учит потихоньку, оставив лейтенанту, водить «Кадьяки». Которые дотошный испанец доводит до одного известного только ему совершенства.
