Мерное гудение вентиляции, тихие разговоры операторов. Сижу в БИЦ за собственным пультом, есть тут такой. Рабочее место старпома. Дэйв сидит за капитанским креслом и просматривает сводки за прошедшие сутки. Траверс и Термин снова в огне, притихшая было война, заполыхала с новой силой и мы не вылазим из рейдов. Уже и забыли как там на Арктуре. Экипаж устал, и на корпусе нашей птички уже полно шрамов. За три последних месяца уже одиннадцать корабельных боёв. Джокер, на пару с Алексеем, нарисовали на корпусе Нормандии уже девять звёздочек за сбитые корабли противника. Вообще, наши фрегаты корсары окрестили 'Духами смерти'. Правильно наверное, подходим мы незаметно и бьём внезапно и очень страшно. Ракетный залп почти в упор, не оставляет шансов даже крейсеру. Шестнадцать ракето-торпед с двух фрегатов гарантированно вышибают ему щиты и корёжат броню. После же, почти небоеспособного подранка просто разрывают на куски пушечным огнём. И пошли потери в экипаже и технике. У нас сожгли один 'Гризли'. Подорвался на управляемом фугасе. Оба молодых десантника из экипажа погибли на месте. Всё-таки, даже броня не спасает от горящего оборудования с постоянной подачей кислорода, вырывающегося из раскуроченного кумулятивной струёй преобразователя. От парней остались только пустые оболочки, две с половиной тысячи градусов это гарантированная смерть. Так и отправили в железных гробах оплавленную и пустую броню. Получили на базе новый с иголочки БМП, уже оборудованный противоминной защитой. Но что уж сейчас, двоих девятнадцатилетних мальчишек не вернёшь.
Пищит пульт, на нём сигнал 'СОС' из соседней системы идут данные. Что-то царапает взгляд. Но усталость не даёт сосредоточиться. Ладно позже разберусь.
— Что там, Джейн? — Говорит капитан.
— Система Фивы, сэр, планета Акуза. Сигнал бедствия на общем канале, автоматический передатчик. Мало данных.
— Что известно о планете?
— Добывающая колония, хотя скорее, мир присутствия. Атмосфера непригодна для дыхания, азот углекислота аммиак и метан, кислорода нет. Биосфера отсутствует, но крайне богатые залежи редкоземельных элементов. Есть несколько посёлков шахтёров и мобильный обогатительный комплекс. Численность колонистов около полутора тысяч.
— Ещё что-то есть?
— Нет, сэр.
— Рядом кто-то есть, кроме нас?
— Нет, сэр, есть рудовоз, но им ещё двадцать суток идти. Вы же знаете скорость рудовозов.
— Чёрт, как не вовремя, ладно передавай на «Бородино» следуй за мной, навигация считайте прыжок. И Джейн иди спать, после входа в канал туда же отправляется и мистер Моро. Всем всё понятно?
— Ай-Ай, сэр. — Отвечаю я.
— Слушаюсь, командир. — Тоскливо отвечает пилот.
Топаю в каюту не забыв предупредить ребят, что через четыре часа высадка, так что всем спать. Всю дорогу до каюты, что-то царапало мою память, не давало покоя. — Чёрт, что с этим всем не так? Проклятая усталость, башка вообще не хрена не соображает. Ладно посплю чутка может проясниться в голове. — Шепчу я сама себе. Захожу в каюту и содрав с себя уник и бельё лезу в душ. После уже почти в коматозном состоянии доползаю да койки и отрубаюсь.
Будит меня пиликающий терминал, активирую его и вижу лицо командира. — Подъём, лейтенант, мы почти на месте.
— И вам с добрым утром, сэр. Чёрт будто бы и не спала!
— После этой миссии возвращаемся на базу. Нас, таки отзывают на отдых.
— Не помешало бы, сэр. — Говорю я, глядя на осунувшееся с мешками под глазами лицо Андерсона. — А то, что-то вы хреново выглядите.
— На себя посмотрите, как у русских говорится, краше в гроб кладут! Так?
— Ох, сэр, примерно так. — Отвечаю я растирая лицо ладонями.
— Вставай, Джейн мы уже ведём разведку местности с орбиты. И тут много странностей. Так что нужна твоя чуйка.
Одеваюсь в уник и иду в БИЦ. Там сидят уже две смены операторов и Андерсон разговаривает с кем-то по связи. Из интеркома доносится хрипловатый мужской голос который перемежая речь матюгами поясняет:
— Сэр, там заброшенный посёлок мать их. Там уже лет пять никто не живёт, построили его американцы, а потом бросили нахер, даже не объяснили зачем. В один прекрасный день собрались и свалили, даже барахло своё всё оставили. Наши туда разочек слетали, но брать ничего не стали, чай не мародёры бля, честные старатели. А как сигнал появился, мы просто охренели. А лететь-то и не на чем, тяжёлый наш летун, ебать эту железку во все дыры, поломанный стоит и запчасти только с рудовозом придут, а он сами знаете когда подойдёт. А на грузовике через пол планеты лететь, я не мазохист и ребят своих не пошлю. Так что, ничем вам помочь и не можем, сэр. Вы уж извините нас.
— Там точно, никого нет? — Спрашивает командир.
— Да почём я знаю, сэр. На планете нет систем дальнего и ближнего обнаружения, да у нас даже контроля орбиты нет. Большая часть планеты терра-инкогнито и что на ней делается, хуй его знает. Может и живёт кто, мне то, не ведомо.
— Ладно, разберёмся.
— До свиданья, сэр, и удачи вам.
— До свиданья, Андерсон отбой.
Смотрю на капитана. — И что делаем, сэр?
— Пошли в так-зал посмотрим, что там насканировали наши операторы. Твои где?
