И действительно, через пару шагов они вышли из леса на узкую поляну, в конце которой возвышалась громадная насыпь Союзной трассы «Путь» метров десять высотой. Слева её прерывал арочный проём, на вершине которого гудела проезжающим составом квадратная коробка закрытого моста, а под ним «путинку» прорезала небольшая речушка, шумя о камешки.
— Тут перейдём на ту сторону «Пути», там, за насыпью, в лесочке, у меня есть одно тайное местечко — можно красноголовиков настричь полную котомку, — лыбилась Бо.
— А что, разве можно перейти на ту сторону? — вдруг изумился он.
— Да, конечно. Тут речушка бежит, неширокая вроде, но на тот берег не перепрыгнешь. Строители почему-то не стали её в трубы закатывать, мост над ней сделали. Мы сейчас её, кстати, по шлакоблокам перескочим, добрый человек какой-то проложил дорожку — вон она, видишь?
И верно. Примерно через пять минут, перескочив под мостом по квадратным здоровенным блокам, возвышающимся сантиметров на двадцать над водою по кривой диагонали вдоль течения реки, на другую сторону реки и «Пути», Александр спросил.
— Послушай, Бо, получается, что мы сейчас прошли прямо под трассой, а это значит, что Хаб уже на этой стороне?
— Да, вон он, на том холме. Видишь домишки? Это он.
— А что шумит? Та самая федеральная трасса в Союз?
— Да, собственно, Хаб благодаря ей и живёт себе потихоньку. Деревня деревней, молоко да картошку водителям продают.
— А что, в Ганзе про этот мостик не знают?
— Да как сказать? Грибники знают, а так-то кому он нужен, в лесу-то?
Александр очень медленно произнёс:
— Я скажу кому.
— Кому же?
— Мне!
*
Приехав в Ганзу, Александр попросил Бо приглядывать за Лойером и Англичанином, пока он на день-другой съездит к себе домой, в Ахею. Надо по делам. Потом расскажет.
Взял мобиль и уехал.
Всю дорогу он напряжённо думал, похлопывал себя по коленке, барабанил пальцами и стучал носком ботинка по полу. Ему нужно было найти Валеру Берета, и он знал только один способ, как до него достучаться, не привлекая внимание Аттала. Прибыв на центральный Ахейский распределительный узел, находившийся в Афоне, Доктор подождал десять минут, пока мобиль спустили с платформы и помчался до Агоры — центра кампуса. Там Саша припарковался и спешным шагом устремился в герусию, где и нашёл кабинет номер такой-то. Открыв дверь и увидев начальника, Доктор без стука зашёл внутрь и как можно наглее сказал:
— Мне нужно срочно увидеть Валеру Берета.
Сухопарый дядька за деревянным столом молча кинул усталый взгляд на вошедшего и затем снова опустил его в кипу лежавших перед собой бумаг, буркнув:
— А вас здороваться не учили, молодой человек?
— Я повторяю, мне нужен Валера Берет, — приказным тоном ответил Алекс.
— Вообще-то, Валера Берет был на Фракийском берегу.
— Есть его номер? Вернее, до него можно?..
— На Берегу нет связи, или вы и об этом ничего не знаете, так же, как и о нормах приличного поведения? — всё так же заносчиво-нейтрально произнёс дядька и в упор уставился на Доктора, но тот не отступил:
— Послушайте, дядя, вам сейчас придётся подняться с места и начать судорожно искать Валеру, потому что, если он узнает о промедлении по вашей вине, то он кое-кого взгреет по полной, — начал нагнетать Саша.
Дядя за столом не испугался. Он поцокал языком, покачал головой и спокойно ответил.
— Вы ошибаетесь, молодой невежа, меня он не взгреет, как вы говорите.
— Это интересно почему?
— Потому что я настоящий профессионал — это первое. Я трачу свой выходной, чтобы разгрести бумажки и дать отчёт, в то время как остальные, видите ли, соизволят не отвечать на звонки и…
— Дядя, первое понятно. А что второе?
— Второе? Что второе? Наверное, то, молодой человек, что Валеру искать не нужно. Он уже здесь. Это два, а больше мне вам сказать нечего.
И снова погрузился в свои бумаги.
— Ну, и где же он? — нетерпеливо начал было Доктор, но дядька резко перебил, не поднимая головы:
— Где, где? В Верхней Салде! В столовой сидит, на обед ушёл, что непонятного?
Доктор успел бросить «спасиб, дядь» и ринулся вниз. Уже через две минуты, оказавшись в пустой столовой и обнявшись с удивлённым Беретом, он плюхнулся за его стол, покрытый красной скатертью в белую клеточку, заказал себе компот и булочку, облокотился, выставил голову вперёд, поближе, и полушепотом сразу перешёл к делу.
— Помнишь, мы с тобой в баре были? С Вуйчиками.
— Так, — сразу же насторожился Валера и перестал жевать.
— Помнишь два чемодана? — Алекс понимал, что пошёл на риск.
— Говори, — предельно осторожно, но уже сквозь зубы процедил Берет.
— Не скалься, дружище, — сразу перешёл на примирительный шёпот Доктор. — Ты как их хочешь в легал превращать, можно поинтересоваться?
Берет, набычился и сжал губы. Его лицо побледнело, а ноздри раздулись. Было видно, что приближается взрыв, но Доктор не унимался:
— Валера, пожалуйста, сначала выслушай, а потом психуй или радуйся.
— Чему радоваться?
— Я предлагаю тебе их легализовать.
— Легализовать?
— Смотри — у меня есть Ганза. Так?
— Так.
— Короче, до Ганзы проложена дорога от Уральского узла синей промышленной ветки.
— Знаю! Так ей никто не пользуется!
