— Эх, вот у нас место так место! Всем местам место! Обожаю его! — Дредд выстраивал на столике батарею из своих коктейлей, — Семпай, здарова! — помахал Судья кому-то в отдалении и приземлился за свой любимый стол, расположив подле себя сумку для документов и свой байкерский шлем.
Свят уже научился различать три степени удовлетворенности Судьей Дреддом своей тренировкой. Когда Судья Дредд был максимально доволен, он радовался безгранично.
После тренировки Судья успел переодеться и подкрепится. На черной облегающей футболке от плеча до плеча протянулась полуметровая надпись «LEGENDARY»[51]. Под ней с поднятой вверх рукой застыл покрытый брызгами крови гладиатор. В своей позе победителя он опирался одной ногой на поверженного льва, взывая к трибунам немым криком.
«Буйволоподобность» ног Судьи Дредда подчеркивали черные джинсы брючного типа и спортивные туфли.
Собираясь в «хелс», Марио одел белую футболку, на которой были изображены классические потертые кеды Adidas, скакалка и спидометр с одометром, крутящим километры. Сзади изображений была изображена абстрактная схема маршрута для кросса. Надпись над всем этим гласила: «Утро начинается не с кофе». На ноги Марио одел голубые джинсы спортивного покроя и белые же кроссовки.
— Посмотри, сколько красивых людей вокруг, Свят!
Клуб только начинал наполняться. Людей было немного, но Судья радовался каждому прешедшему.
— Смотри, какая красивая пара! — он обратил внимание на вход, — а там какие красивые люди!
Судья Дредд как будто излучал счастье.
— Это тебе не в обычных клубах! Давно в клубах-то был, а? — Судья Дредд пристально глянул на Марио.
Марио уже не напрягался при прямых вопросах Дредда. Он видел эти глаза в шлеме напротив себя, видел, когда они бывали чересчур строги, видел, когда бывали расстроены. И сейчас в их уголках играла озорная искринка. Расслабленно сидя на своем диване, Марио ответил:
— Да как в Кентавр пришел, с тех пор и не был.
— Давай посмотрим, что у нас в тех клубах творится — Судья Дредд повернул свою руку к сумке с документами и ловким движением извлек планшетник.
— Вайфай должен быть — он задумчиво смотрел на мерцающий дисплей, водя по нему пальцем. Свят с интересом наблюдал за ним и думал, как Судье хватает силы не раздавить планшетник в руке.
Людей в хелсе прибавилось. Марио временами обводил поверхностным взглядом всех присутствующих.
— Я иногда просматриваю фотоотчеты с других клубов. Сравниваю, что там у них хорошего… — Судья развернул планшетник так, чтоб было видно им обоим, — и меня поражает, насколько люди отличаются внешне от наших красивых посетителей.
Судья вывел на дисплей один из фотоотчетов и начал пролистывать фотографии.
— Смотри, сколько любителей покуражиться, просадив туеву хучу денег! Посмотри на эти лица! Их лица перекошены от частого посещения этих подвалов и темниц! На лицо уже ярко выраженная ассиметрия их глаз и губ!
Марио слегка кивнул. На фотографиях действительно мелькали лица «не первой свежести».
— Глянь-глянь! Эта якобы сладкая ночная жизнь проникает в них. И изменения отражаются на внешности! Особенным приколом отличаются фотографии пьяных парней. Вот, смотри — Судья Дредд веселился от души, — парни, которые пришли в клуб, поднапились и не сняли девчонок — внимание! — отличаются особой ласковостью!
Замелькали фотки, где молодые парни в порыве чувств стремились обнять друг друга, показывая свою «крепкую дружбу». Кто-то прижимался щекой к своему другу, кто-то пытался обнять друга обеими руками. Выглядело это необычно.
— Это конечно, понятно, что парни питали друг к другу самые теплые дружеские чувства, когда к ним подошел фотограф. И им захотелось забраться друг на друга, дабы запечатлеть порывы их крутого союза. Но это потом смотрит весь город. А городу по фигу на чувства этих парней. Они видят то, что видят. А выглядит это — Судья побил мощным пальцем по планшетнику, — не по-мужски противно!
— Или вот другой фотоотчет со вчера. Еще с одного клуба… — он начал скользить по ссылкам.
«Мы с Ди вроде так не зажимались» — думал Марио. Он повел свой взгляд слева направо, высматривая вновь подошедших. Знакомого народу прибавилось. Кто-то поймал взгляд Марио и помахал. Марио махнул в ответ.
— Иллюзия вот этого удовольствия, вот что губительно для этих людей, смотри… — Судья загрузил следующую линию фотографий.
И тут в зал вошли они.
Надменный взгляд поверх всего снующего, степенная походка и явное ощущение королевской вседозволенности. Она шла рядом, грациозно ступая в облегающем ее алом платье. И за ними эти трое, в своих футболках…
Хлесткий удар ревности снес спокойствие Марио в сторону. В ходе их переписок летом, теплого общения в интернете и коротких звонков у Марио создалось чувство, что Феникс только его, одна, больше не принадлежащая никому. И тут Индиго смел взять и привести сюда ее с таким видом, будто имел право на все. Привести сюда, в место, которое стало домом Марио.
Марио воспринял это как личный вызов своему достоинству.
