- Это, - Кьярд, вздрогнув, сглотнул, - маг, который может проникать в сознание человека, читать его мысли, даже скрытые помыслы, и подчинять своей воле, - следующую фразу мальчик прошептал, будто это было страшной тайной. – Аль-шей – единственный в Ассее маг разума потому, что с вампирами больше ни у кого не было союзов. Вампиры вообще уже более 500 лет не поддерживают с Ассеей никаких связей, - синеволосый пожал плечами. – Говорят, Аркольн сейчас переживает не наилучшие времена.
- Подожди, - Ян мотнул головой, подумав, что ослышался, - как 500? Ты же только что сказал, что мать аль-шей была вампиром.
- Ну, да, - мальчик недоуменно посмотрел на своего господина. – Пусть мать аль-шей и была вампиром, но он не желает возобновлять отношения с Аркольном. Да и зачем? – Кьярд вновь пожал плечами. – Все эти 500 лет, с того самого дня как аль-шей стал Реордэн Вилар, Ассея процветает, и количество нападений Рассенов и схетов значительно уменьшилось. Он очень мудрый правитель, пусть и жесткий, но по-другому просто нельзя.
Кьярд ещё что-то говорил, но Ян его уже не слушал, ошарашенно застыв. Конечно же, как он мог забыть, ведь ассасины – народ долгоживущий, как эльфы или же драконы, что сразу же объясняло, почему аль-шей выглядел не старше своего сына. Тогда сколько же лет самому Дэону? Нет, не так нужно ставить вопрос. Сколько лет они смогут быть вместе, раз он, Ян, всего лишь человек? Так вот почему аль-шей смотрел на него с таким презрением и явно не одобрил выбор сына, потому что человеческая жизнь, по сравнению с жизнью ассасина, просто капля в море. Но почему Дэон не сказал ему об этом? Или для него это тоже было то обстоятельство, которое нужно обдумать и осмыслить? Главное, что, похоже, альфа не собирался от него отказываться, так что сейчас главное дождаться Дэона и расспросить обо всем его.
-… это было очень неожиданно, - говорил Кьярд, который, очевидно, даже не заметил, что его собеседник какое-то время, мысленно, был далеко. – Ещё никто не мог противостоять силе аль-шей, а вам, Ян, удалось. Сейчас об этом весь Аламут только и говорит.
- Да, забавно, - пробормотал юноша, не особо-то и предавая значение восхищенным словам мальчика. – Скажи, Кьярд, а когда я смогу увидеть Дэона?
- Не знаю, - омежка пожал плечами. – Я слышал, что назначен совет даи, и аль-ди обязательно будет на нем присутствовать, так что все зависит от того, насколько затянется совет.
- И что же мне делать? – озадачено пробормотал Ян, который сейчас почувствовал себя очень неуютно, один, в чужой стране, в огромной крепости, где он не знал никого, кроме Дэона, его воинов и вот этого мальчика. Нет, омега не думал, что альфа бросил его, он понимал, что аль-ди отсутствовал долго и, очевидно, у него накопилось много дел, но все же юноше было не по себе, он даже в одеяло поплотнее закутался, так как по всему его телу пробежала дрожь озноба.
- Сперва я приготовлю вам купальню, а после принесу ужин, - бодро сообщил Кьярд, подымаясь с постели. – Вы же голодны?
- Да, голоден, - Риверс кивнул, только теперь, после упоминания о еде, почувствовав, что организм требует пищу, но тут же прищурился, пристально осматривая омежку с ног до головы. – Кьярд, тебе ведь не 300 лет? Я же правильно понял, что ты ещё ребёнок?
- Мне 13, - с улыбкой ответил омежка, - и, да, я ещё ребёнок, как, впрочем, и вы, - Ян улыбнулся в ответ, полностью соглашаясь с мальчиком, который, похоже, стал его первым другом в Аламуте.
========== Глава 7. ==========
Над круглым столом в большом зале, который освещали десятки свечей, повисла задумчивая, напряженная, хмурая тишина, которая нарушалась лишь равномерным поскрипыванием оконниц. Взгляды всех десяти даи, которые только что выслушали доклад группы аль-ди, были устремлены на, казалось, совершенно расслабленного аль-шей, который, неизменно подперев голову рукой, наблюдал за мерцанием свечи, пламя которой неприятным отблеском отсвечивалось в его алых глазах. Дэон, как и полагается по его статусу, стоял по правую руку от отца, и его тень, отбрасываемая на пол и стену, казалась величественной скалой, непробиваемой стеной, защитой, которую просто невозможно преодолеть, но на самом деле взгляд аль-ди был не сконцентрированным, а отстраненным, взор малахитовых глаз потускнел, будто его прикрыла невидимая пелена, а пальцы твердо сжимали рукоять меча, выдавая напряжение мужчины. Арт хмурился, но не потому, что его доклад вызвал бурю обсуждений и пререканий среди даи, а потому, что его аль-ди сейчас был занят не тем, потому, что его друг, мысленно, сейчас был в другом месте, потому, что он чувствовал прикрытое противостояние между сыном и отцом.
- Ваши выводы, даи Торвальд, - так и не оторвав взгляда от пламени свечи, отдал тихий, но уверенный приказ Реордэн, тем самым давая понять, что мнение четвертого даи ему, в принципе, не так уж и важно, но все-таки имеет вес в совете.
