Однако и здесь зевать было опасно. Растения отличались от хищных деревьев только тем, что их «пищей» были не животные, а насекомые. Вместо щупалец, у них были колючки, которые жалили весьма болезненно. По большому счету у людей в поселении была только одна серьезная проблема – пища. Здесь не росли деревья-хищники, которые справлялись с отловом дичи куда лучше человека.
Колонисты, путешествуя по хищному лесу, так и не могли наладить собственную охоту. Животные обитали на планете в избытке, но поймать их было настоящей удачей. Днем их было не найти, никакие ухищрения не помогали. Животные прятались от солнечного света под землей. Откопать их было невозможно, они всегда знали, с какой стороны ждет опасность. Приближение света животные чувствовали на расстоянии и, прежде чем человек успевал до них докопаться, они исчезали. Ночью было слишком темно и очень опасно, охота была практически невозможна. Ловушки не имели смысла, так как еще до утра пойманная дичь становилась добычей ближайших растений. В лесу люди могли бы позаимствовать еду у деревьев. В лагере деревьев-звероловов не было.
Выход из тупиковой ситуации для Виктории и Сафида был очевиден еще до того, как решение проблемы стало жизненно важным, нет, до того как проблема вообще возникла. Выход простой и очень эффективный. Для его реализации они и тащили на себе весь путь из хищного леса мертвое тело Антры.
Только Сафид и Виктория видели, как именно размножаются деревья-хищники. Теперь они знали, как правильно воспользоваться телом погибшего товарища. Пусть это покажется немного кощунственным для человека с Земли, но для человека с Юрико это никогда теперь не будет выглядеть аморальным. Здесь другие этические законы, другие нормы, другая жизнь и совсем другая цена этой жизни.
Когда их переход по большому хищному лесу подходил к концу, когда деревья стали редкими и болезненными, Сафид проделал в непроницаемом саване, в который было упаковано тело, множество небольших отверстий. Только теперь он впервые объяснил остальным участникам группы свою идею. Споров избежать не удалось, и Сафид еще раз мысленно поблагодарил свою жену Викторию за то, что она уговорила его не раскрывать своего замысла сразу после смерти девушки. В тот момент никакие приказы не заставили бы людей тащить тело для таких целей.
Как только отверстия были проделаны, у путешественников не было ни одной минуты покоя. Во-первых, запах стал невыносимым, и пришлось вновь надеть лицевые шлемы. Было жарко и неудобно, но другого выхода не было. Во-вторых, деревья начали с остервенением забрасывать колонистов семенами. Даже ладони невозможно было оставить открытыми. Семена старались закрепиться на любом даже совсем маленьком пространстве кожи.
Комбинезоны ребят тоже были «живыми», но энергии тонкого слоя клеток было недостаточно, чтобы дать новую жизнь ростку. Зато ее было достаточно, чтобы семена могли зацепиться за человека и пробить тонкий слой одежды. Добравшись до человеческой плоти, семена проявляли чудеса роста. Хорошо, что такие поползновения можно было почти всегда вовремя заметить или почувствовать. А вот если семенам счастливилось попасть на открытые участки кожи рук или лица, или, не дай бог, в прореху одежды, то тогда берегись…! Через пять минут приходилось избавляться от этой гадости уже исключительно хирургическим путем…, причем корни успевали за это короткое время проникнуть достаточно глубоко.
В общем, последние дни пути превратились в сущий кошмар. Не было времени даже на еду, все время уходило на то, чтобы срывать с себя кровожадных пиявок. К счастью, у людей был солидный запас новых комбинезонов, и это спасло жизнь многим, если не всем, путешественникам.
Несколько раз за это время Сафид начинал сомневаться в правильности своего решения, хотел бросить тело и избавить своих людей от бурного осеменения. Переубеждала Виктория. Два раза поднимался настоящий бунт, а однажды Пол вместе с женой Вестой и еще парой человек из второй партии отделились от основной группы и попытались продолжить свой путь отдельно. Вернулись они часов через двадцать, потеряв одного человека. Кошмар продолжился. Тело Антры разбухло и потяжелело в несколько раз. Теперь захотелось бросить не только тело девушки, но и всю технику, оборудование и вещи. Люди в этот момент, как никогда, были близки к срыву, последствия которого могли стать очень плачевными для всего проекта колонизации. Но люди выстояли.
Лес редел, обстрел понемногу стихал. Уже не приходилось каждый час проводить осмотр на предмет внедрения семян в кожу комбинезона. Эта ежечасная процедура не давала возможности поспать и очень замедляла продвижение.
Последние деревья у кромки поредевшего леса лениво выпустили в путешественников струйки сухих, гладких и скользких семечек. Эти деревья были хилыми и изможденными, действовали медленно и ненавязчиво. Но не это было самым важным, главное, что это были последние деревья, лес закончился. Ребята оказались на небольшой пустоши. О чудо, здесь было сухо!