Суровый мир, раздираемый к тому же жестокой войной. Эльфийские лучники, элитная пехота гномов, рыцарская конница людей, коронные пехотные полки – все смешалось в кровавом водовороте. Как выжить, если ты заурядный продавец компьютеров, злой волей перенесенный в чуждую тебе среду? Как выжить, если свой путь в новом для себя мире ты начинаешь в качестве смертника в полку безнадежных? Как выжить, если изначально единственное твое право – это право на смерть? И что делать, если ты не семи пядей во лбу, не мастер боевых искусств и не владеешь секретом пороха?Прислушайся к своему сердцу, – возможно, оно сможет подсказать тебе путь.
Ночь уже уступала свои права, небо над рекой посерело, и поблекшие звезды гасли одна за другой. День крестьянина начинается рано, но сегодняшний день особый – праздничный, и деревня, приютившаяся у подножия холма, была погружена в глубокий, спокойный сон. Утреннюю тишину нарушал лишь шепот реки, да время от времени лениво лаяли собаки. Даже пастух, в это время всегда выгонявший за околицу стадо, мирно спал в своей покосившейся лачуге. Не спал только первый на деревне рыбак – старик Жано, он плыл в своей лодчонке по спокойному течению реки, проверяя сети, заброшенные еще со вчерашнего утра. «Праздник на празднике, – возмущался про себя старик, – кушать-то небось нужно каждый день, живот-то выходных небось не признает. А если целыми днями спать, то откуда же еде взяться? Эх, молодежь, им только повод дай – будут дрыхнуть до обеда».
Проплывая мимо холма, на вершине которого стоял деревянный частокол с двумя сторожевыми вышками, старик демонстративно плюнул в его сторону, хотя знал, что в праздничный день дозорные на вышках наверняка тоже спят и никто не увидит его жеста. Ну и пусть, он каждое утро плевал в сторону деревянной крепостцы, выражая тем самым свое презрение к командиру пограничного гарнизона, который, по его мнению, давал грабительски низкую цену за пойманную им рыбу. И то, что его сегодня никто не увидит, вовсе не значило, что он откажется от одной из своих любимых привычек.
Доплыв до места, где он вчера расставил свои сети, старик «встал на якорь», бросив за борт тяжелый камень, привязанный веревкой к лодке, и стал неторопливо вытягивать сеть. Улов оказался весьма неплохим, и, ощущая ладонями приятную тяжесть пойманной рыбы, старый Жано невольно улыбнулся: будет на что купить праздничных сладостей для внуков. Услышав за спиною легкий шелест, он захотел было обернуться, но не успел: длинная эльфийская стрела ударила в спину, пробив насквозь его иссохшее от старости тело. Потемневшими глазами Жано посмотрел на покрытый его кровью наконечник, выскочивший из груди, обернулся и увидел, как на другом берегу эльфийские лучники, закованные в кольчуги, опускают на воду плоты и лодки. Он схватил стрелу за наконечник, чтобы вытащить ее из своего тела, но тут силы покинули его, и с тихим плеском он упал в реку. «Надо бы солдатам крикнуть», – успел подумать старик, прежде чем волны сомкнулись над его головой.
А всего через полчаса тишина праздничного утра взорвалась криками, стонами и плачем. Свист эльфийских стрел перемешался со свистом гномьих топоров. Частокол на холме вспыхнул горячим пламенем, и плач умирающих детей заглушили крики сгорающих заживо солдат.
До самого вечера сновали по реке большие плоты и лодки, перевозя гномов, эльфов и их лошадей. А мимо сожженного частокола на холме, вдоль деревни, из домов которой новые хозяева выбрасывали уже остывшие, окровавленные тела прежних обитателей, все шли и шли, сотня за сотней, вражеские отряды. За вымуштрованными эльфийскими лучниками растянулась на марше тяжелая пехота гномов, а ее обтекала рыцарская конница надменных эльфийских баронов. Запах смерти и горелого мяса пьянил завоевателей не хуже вина. И они шли и ехали мимо мертвых тел жителей деревни, дабы распространить этот пьянящий их запах по всей земле. Доселе мирной земле Глинглока.
На отмель у излучины быстрое течение вынесло тело старика Жано. Любопытная выдра подошла к нему поближе, дабы посмотреть, что же это прибило водой к берегу недалеко от ее жилища. Она обнюхала большую, потемневшую от прожитых лет руку и, испуганно отпрянув, юркнула в воду. Оперение стрелы, торчавшее из спины старика, вздрогнуло, а сильные пальцы сжались, вцепившись в мокрый речной песок.
Земля затряслась, каменные колонны извивались, словно живые, тяжелые плиты пошли волнами. Кто-то из героев открыл последнюю, пятую печать. Сильвер обернулся на шум – в центре большого зала была выбита дьявольская пентаграмма, над пентаграммой били молнии и облаком сгустилось магическое сияние. Темная тень появилась в центре мерцающего сгустка.
– Дьявол! – закричала Лилия, единственная волшебница в их команде.
Темная тень превратилась в громадного рогатого красного монстра с мощным зубчатым хвостом и горящими глазами – дьявола.
