– То есть хулиган, если перевести на общепринятый, – с вызовом буркнул Лой, пытаясь определить, что от него хочет наставник.
– А ты считаешь себя хулиганом? – тут же поднял бровь тот.
– В том отделении меня именно так и назвали, – ушел от ответа Лой, сохраняя свое строго-серьезное выражение лица.
– Называться и быть – разные вещи, – с интересом возразил Аррестли.
– Ну, что конкретно, вы уже сами решите.
Сказано это было таким тоном, как будто Лой озвучил медицинский факт. На что наставник тут же отреагировал.
– Еще и слишком серьезен, – как обвинение выдал он.
– Я исправлюсь! – поспешил съерничать Лой.
– А вот это – по ситуации! – как-то неопределенно выразился Аррестли и слегка запнулся. – Но…
– Что? – заинтересовался Лой.
– Глаза темно-синие, слегка фиолетовые, – разглядывая Лоя, как некий экспонат, сказал наставник.
– Это плохо? – чуть вызывающе спросил Лой.
– Да! – прямолинейно ответил Аррестли. – Сильно выбивается из обычного для «отставших». В будущем может стать проблемой, так как готова особая примета.
– Перекрасим, – флегматично пожал плечами Лой.
– При крайней необходимости, – тут же поправил его наставник и перешел к следующему. Следующим стоял Кер, которого он тоже так же просверлил взглядом.
– Силен. Ловок. Самоуверен. Последнее – главный недостаток, – быстро перечислил Аррестли. Причем каждое слово он как будто вгонял в жаркий, густой, насыщенный запахами цветущих трав воздух парка.
Девочки хрюкнули, сдерживая смешки, а Кер покраснел.
– Силен и ловок – тоже недостатки? – с невинным видом поинтересовался Лой, но наставник хмыкнул, снова ответил неопределенно: «Смотря где!», и перевел взгляд на Ти. Та сразу насторожилась.
– Ти Арвани. Пошла в Академию прогрессорства «потому что так надо». Так?
– Так! – мрачно подтвердила девушка, но наставник этого как бы и не заметил.
– Но никак не может принять, что люди, с которыми придется иметь дело, не просто «не лишены недостатков», а в большей части наоборот – «лишены достоинств».
Ти шумно втянула в себя воздух, но сдержалась. Было очень обидно. Тем более что этот проницательный и очень жесткий наставник сказал правду. Однако Аррестли продолжил:
– Вам всем необходимо это принять. Или уйти. Пока не поздно.
Следующей была Ийя. Тут наставник слегка запнулся. Впрочем, было на чем. С Ийи картины бы писать. Идеальная фигура, гордая осанка, аристократическое лицо, грива волос, сверкающая золотым отливом… Словом, находка для любого художника. Да еще и смешинки, застрявшие в уголках глаз.
Аррестли склонил голову набок и прищурился.
– Ум прячешь за показной дурашливостью. Это тебе сильно пригодится. А вот… – Наставник сделал небольшую паузу. – Сможешь ли ты действовать, не прикрываясь группой? Одна.
Ийя еле удержалась, чтобы не вспылить, но вовремя сообразила, что наставник ее испытывает. Пришлось и ей, как перед этим Керу, смутиться. Осознание собственных недостатков всегда сильно задевает. А то, что Аррестли прямо назвал их, – факт! Ийя сжала зубы. Ведь назвал слишком серьезный недостаток! Действительно, она за собой такое знала. Иначе зачем ей вот так крепко держаться за эту троицу очень разных, но вместе с тем дружных ребят? Только симпатией тут мало что объяснишь. Те же самые добрые чувства она бы с избытком и легко нашла в других компаниях. Но только среди этих ощущала какое-то прикрытие, защиту.
Что это? Наставник не удосужился сказать. Да и не мог. С первого взгляда можно определить только то, что лежит на поверхности.
Ийя усилием воли взяла эмоции под жесткий контроль и успокоилась. То, что она сейчас осознала под взглядом этого жестокого и слишком проницательного человека, стоило отложить на потом. На обязательное осмысление. Стало также пронзительно ясно из-за чего, по словам Райи Тамала, его тихо ненавидела половина студентов: правда, которую вот так, в глаза, любил говорить Аррестли, мало кому могла понравиться, и далеко не все могли ее вот так, как они сами (хоть и с изрядным скрипом), принять.
Но, как всегда, в этот момент вмешался Лой. То ли чтобы защитить своих, то ли еще зачем-то.
– Учитель! Вы нас так всех приложили, что нам остается разве что лечь тут на месте и помереть.
Наставник заинтересованно перевел взгляд на него, ожидая продолжения.
– Что-то мне не верится, что все это было сказано просто так, – продолжил Лой. – Также не верится, что это все из-за той моей выходки, за которую я получил «звание».
Аррестли хмыкнул и кивнул.
– И ты прав, – подтвердил он.
– Так в чем смысл морального отлупа, который мы получили? – не сдавался Лой.
Наставник улыбнулся чуть шире, чем обычно. Видно, ему что-то понравилось в этом нагловатом студенте.
– Примите это как данность. Как исходную точку вашего нынешнего состояния, – сказал он, пристально глядя Лою в глаза.
Тот степенно, медленно склонил голову в знак согласия.
– Прошу следовать за мной! – попросил Арестли и церемонно махнул рукой в сторону учебных корпусов.
Внутри учебный корпус для младших курсов оказался весьма необычным. По крайней мере, на старом месте учебы все было далеко не так.
