С 'Лютина' подали концы и, спустившись на убравшие весла шлюпки, моряки подвели их к трапу с такой четкостью, словно проводили учения. Как только всех подняли на палубу, два врача и четыре хирурга с несколькими опытными помощниками, в основном роялисты 'Лютина' были людьми с профессией, выбирая наиболее тяжело раненных, немедленно приступила к работе. Многие из них были в очень плохом состоянии, и часто приходилось отдавать распоряжение унести тело. Очень скоро судовой лазарет оказался переполнен, укутанных запасными одеялами раненых пришлось укладывать у парусиновой переборки прямо на палубу. Получившие более легкие ранения, осмотренные и перевязанные, размещались вместе с матросами и канонирами.
- Дьяволята, - проворчал Бернадот, когда стайка детей, гоняясь друг за другом и поднимая визг, промчалась между орудиями.
- Прошу прощения капитан, к нему, со шляпой в руке, обращался помощник боцмана.
- Слушаю тебя Оливье?
- У нас просачивается вода в трюм, месье.
- Как много, черт возьми?
- Четыре дюйма за восемнадцать часов, мой капитан.
- Почему же тогда 'Лютин' не затонул еще стоя на якоре? - вскипел Берналот
- Думаю, все было в порядке до тех пор, пока полностью загруженный корабль не сел глубоко в воду.
- Хочешь сказать, при заделке швов в доке экономили на пакле и смоле, Оливье?
- Да, месье.
- Сейчас мы ничего не сможем с этим поделать, у тебя есть что-то еще?
- Посмотрите мой капитан, - при свете фонаря Оливье протянул несколько железных гвоздей, - этим крепили медную обшивку во время майского ремонта.
- Вот дерьмо! Сколько же листов потеряно? Идиоты! Они хотя бы прокладывали парусину и чеканили кромки?
- ...Думаю, что это делали, месье Бернадот,- кивнул помощник боцмана,- но получилось ... неаккуратно.
- Я вижу, - капитан с раздражением вытащил дешевые карманные часы,- если фильтрация не будет сильнее, в чем я молю Бога. Мы сможем откачать эти четыре дюйма к половине восьмого утра.
- У нас не хватит людей,- пожал плечами Оливье, придется поставить на рычаги помп солдат.
- Нужно сделать это тихо, дайте понять, что им нужно отработать проезд,- Бернадот поморщился, - если о течи узнают беженцы, может начаться паника.
Тяжелораненый, лежавший в расположенной рядом с каютами штурмана и артиллерийских мичманов за грот-мачтой корабельной канцелярии, все еще не привык к ее полумраку, когда вошел, выглядевший весьма импозантно, высокий красивый беарнец с большим римским носом.
- Капитан Жан Батист Бернадот,- представился он.
- Капитан 18-го полка Уильям Конолли, - пожал протянутую ему руку пехотный офицер, - как мои люди, сэр? Это почти все, что от нас осталось. Я надеялся сохранить полк, но ...
- Нижнюю палубу отдали беженцам так, что легкораненые вместе с нашим экипажем, между бочонками и ящиками.
- В беде любой выход хорош, хотя парни и ненавидят морские путешествия.
- В самом деле? - Бернадот улыбнулся.
- Мы были в форте Мюльграв ночью шестнадцатого и удерживали его, я не хотел верить своим глазам сэр, эти гребаные макаронники побежали к Балагье,- проворчал Конолли.
А я, мнсье, когда были потеряны Мальбуске и Мисьеси, находился на форту святой Екатерины. Сказать прямо, неаполитанцы... эти мудаки просто смазали пятки салом. Сейчас линия обороны проходит по крепостной стене и форту Ла Мальг, вероятно Тулон падет к завтрашнему дню.
- После вчерашней схватки у Бонапарта слишком мало людей, но форт Эгильетт обеспечивая возможность флоту уйти в безопасности, будет сражаться до последнего человека сэр.
- Я хорошо знаю капитана, этот человек поставит на кон жизнь, но будет драться. Видит бог, не хочу оставлять его там погибать, - в голосе Бернадота прозвучала теплота
Ну а сейчас вам, как и всем вашим людям принесут поесть, искренне надеюсь, что ирландская пехота любит солонину, месье.
Капитан Уильям Сидней Смит вошел во внутреннюю гавань с небольшой группой британских добровольцев в конце второй половины дня, им было приказано не начинать уничтожение французского флота до полной эвакуации союзников.
Этот предприимчивый человек вернулся в Англию, после того, как в результате заговора умер смертельно раненный выстрелом в спину шведский король Густав III , посвятивший его в рыцари. Встреченный довольно холодно британскими офицерами, 'шведский рыцарь', как его теперь называли, хотя титул и был принят с разрешения короны, отправился с разведывательной миссией в Константинополь.
С началом англо-французской войны, получив известие об отзыве на родину всех британских офицеров, капитан приобрел небольшое судно с латинской оснасткой 'Ласточка' и, придя в Тулон с экипажем в сорок моряков, присоединился к эскадре вице-адмирала Худа.
Время от времени попадая под обстрел с дистанции 1800 ярдов орудий захваченного республиканцами форта Мальбоске, около восьми часов вечера Сидней Смит со своими добровольцами отбуксировал в бассейн Нового Арсенала брандер 'Вулкан' и поставил его на якорь рядом с пришвартованными французскими линейными кораблями.
