— Не обо всём написано в книгах. Что-то сокрыто, что-то завуалировано, что-то намеренно искажено, что-то подано под соусом выдумки. Чтобы не поняли непосвященные, о чём на самом деле идёт речь, попади могучий магический гримуар в их руки. Мы живём не только здесь, на физическом уровне во плоти. Каждый человек — это эйдос, надевший шесть оболочек, шесть тел для воплощения, шесть уровней и шесть разных жизней. Эти тела и проводники сознания живут своей жизнью. У большинства людей вообще могут быть развиты и пробуждены только два-три тела: физическое, эфирное и, в лучшем случае, витальное. У мага могут быть пробуждены все шесть, в зависимости от его уровня развития. Так вот, на тонких уровнях ты можешь приобретать, открывать и завоёвывать различные амулеты, талисманы, артефакты. Каждый из них будет нести определённую функцию и способность. Их действие будет распространяться и на твой физический план, на твою обычную земную жизнь. Очень удобно. Нет необходимости носить с собой гроздь талисманов на шее.
— Это просто невероятно, Учитель!!! — восторженно воскликнул я. Глаза мои радостно сияли своей зеленью.
— Этот мир и эта Вселенная бесконечно непознаваемы. Тебе ещё многое предстоит узнать и пережить на пути становления богом, мой ученик.
[1] Сукман — седьмой уровень обучения в славянской ведовской системе, начальный Мастер, Знаток.
[2] Самайн, Самхейн — один из четырёх главных праздников Колеса Года у кельтских народов, язычников и викканской магической традиции.
[3] Альфёдр — «Всеотец», хейти-эпитет Одина, главы пантеона в скандинавском язычестве.
[4] Фрарид — «Скачущий впереди», хейти-эпитет Одина, главы пантеона в скандинавском язычестве.
[5] Атрид — «Нападающий всадник», хейти-эпитет Одина, главы пантеона в скандинавском язычестве.
[6] Туата Де Даннан — мифический народ в кельтской мифологии. Соотносится с ши, сидами, народом фейри, иногда считаются ирландскими богами.
[7] Ваджра-мудра — «Огненная стрела». Пальцы обеих рук складываются в замок. Указательный и большой пальцы выпрямлены и прижаты друг к другу. Дарует силу молнии, помогает направить внимание и намерение на достижение цели, подключает к силе бога Индры.
[8] Слейпнир — восьминогий жеребец бога Одина.
[9] Аудун — «Древний друг богатства», хейти-эпитет Одина, главы пантеона в скандинавском язычестве.
Мне исполнился двадцать один год. Очередной рубежный возраст. Прошло уже целых семь лет, как я вступил на порог дома Мастера Азриэля. Семь лет — тоже рубежный срок. Я тащил воду из ручья и размышлял, что же меня ждёт в этом году — новое испытание или очередной закономерный скачок роста в магическом искусстве? Хотя одно часто связано с другим. Высокую ступень предваряет непростое препятствие, сложный урок, который надо успешно усвоить, чтобы взойти на неё. Могут быть и какие-то кардинальные судьбоносные изменения в такие годы. В прошлый подобный «рубикон» моя привычная жизнь перевернулась с ног на голову, я словно оказался в иной Вселенной: покинул отчий дом, стал обучаться магии, начал изменяться. И продолжаю меняться.
Эти изменения далеко не всегда радужны и прекрасны. И в последнее время меня начала глодать пустота внутри. Даже не знаю, как объяснить точнее. Словно я потерял цель и ориентир. Внешне всё оставалось прежним: работа по дому, по хозяйству, чтение книг, помощь Учителю с клиентами, собственная практика, охота, рыбалка. На поверхностном уровне ничего не поменялось. А внутри — холод и вакуум. Жизнь поблекла, потеряла смысл, стала серой и унылой, ничего не радовало. Как будто кто-то пришёл и погасил весь мой глубинный огонь и желание. По инерции, пиная и заставляя делать себя то, что необходимо, я шёл и делал, осознавая, что превращаюсь в голема, который не имеет собственных желаний и устремлений, всецело подчиняясь внешним командам. И это состояние с каждым днём всё усиливалось и усиливалось.
В очередной раз, пока шёл с полными вёдрами воды домой, я пытался анализировать своё состояние, найти причину, что же вызвало внутренний штиль. И не находил ответа. Лень и апатия накрыли и поглотили меня, не давая возможности даже полноценно размышлять. Некий морок проник в меня, выпил досуха и поселился надолго. Я подошёл к дому, занёс вёдра на кухню и снова вышел во двор. Сел на бревно возле хлева, что служило мне скамейкой. И задумался. Хотя «задумался» будет не совсем верным определением. Я не думал. В голове не было мыслей. Я просто сидел, забыв себя, забыв, где я, забыв, кто я, пребывая в полнейшей пустоте. Солнце начало клониться к закату. А я продолжал сидеть полностью без движения, как выключенный механизм, уставившийся в одну точку.
Откуда издали, будто из глубокого сна, со дна озера сквозь толщу воды я начал слышать голос:
— Андар! Андар! Ученик, что с тобой?
