— Духи открывают тебе тайну мироздания, — пояснил Рулону Агни, — остальное ты узнаешь позже, —добавил он. Пришло время возвращаться. Наполненные чудесной энергией они возвращались назад таинственной тропой ущелья к первому водопаду. Теперь нужно было прыгать в озеро, находящееся за ним. С высоты водопада страха не было, и Рулон вслед за Агни прыгнул в воду. Погрузившись в нее, он попал в бездну безвременья, казалось бы, время остановилось, и неизвестно сколько он пребывал в этом состоянии. Внезапно перед ним стал проходить калейдоскоп его прошлых жизней. И вот он почувствовал себя душой в лоне божественного океана сознания, и тут все прервалось, он вынырнул, оказавшись на поверхности воды. Агни уже стоял на берегу и ждал его.
— Храни молчание, — сказал он, — чтобы не утерять того, что ты обрел. Ошеломленный пережитым, Рулон побрел за ним вслед по таинственным тропам, открывающим истину для тех, кто готов.
— Айвар, а ты читал «Путь Дурака»? — спросил Рулон своего проводника.
— Читал, — ответил, он развеселившись. — Я и сам в школе был чем-то вроде Рулона. Трудным было детство, от этого я многое понял в дальнейшей своей жизни. Особенно помню, как тяжело жилось в семье матери с отцом. Девять лет он изводил мать, она все ждала, что он изменится, но он становился все хуже и хуже. Хорошо стало, только когда она развелась и начала жить одна и поняла, что жить одной — это настоящий рай. Был осень, ночью очень холодно. Мама с отцом пошли на клуб, на какой-то праздник. Наступил вечер, ложиться спать. Проснулся от грохота и крика мамы, папы. Лежу, смотрю, боясь пошевелиться. Отец тащит маму по комнате, вдвоем пьяные. Смотря через щель под одеялом, думал: «Опять дерутся, как мне надоели эти родители, за каждый мелочь дерутся. Подрались бы днем, когда я в школе, а ночью спать не дают». Лицо весь красный у отца, а у мамы белый, как бумага. Отец бил, рвал одежду, крича: «Ты, сука, почему такая не такая, какая должна быть женщина?!» Мама отвечала молящим голосом: «Не знаю, папочка, не знаю, прошу, успокойся». Отец закричал, кидая и пиная маму: «Молчи, не ври, врешь, сука, ты все мне врешь. Я так покажу, что такое мне врать!» И с новой силой начал бить. У мамы был только крик: «А! Убивают! Помогите!» Я чуть не соскочил с кровати и не выбежал, терпеть невозможно стало, где-то в кухне дерутся. Упал какой-то стеклянный предмет, разбился вдребезги, грохот кастрюля. Слышно, как полное ведро воды опрокинули. Отец кричал: «На, сука! Покажу тебе!», глухие удары, наверно, сковородой или ковшом. В голове мысли летали хаотично: «Если выбегу, тогда на улице очень холодно, не успею добежать до дома сестры». Она жила в конце села, брат ночевал у сестры, поэтому некому было их успокаивать. Отец беспредельно бесился. Сестричка плакала, лежа в кровати. Притащил отец маму в зал. Немного успокоились, вижу через щель: отец душит маму за горло двумя руками, опрокинув на стол. Мама схватила утюг на ощупь и поднимает его, намереваясь ударить отца. А он заметил утюг и, отпустив душить, схватил утюг и закричал: «А, ты хотела ударить меня, сука?! Щас покажу тебе, что такое ударить меня!» Он сунул в розетку утюг. У мамы от страха лицо побелело, глаза закруглились, рот открылся. Через несколько секунд опомнилась и закричала молящим голосом: «Ой, что ты делаешь?! Выключи утюг!» — и вытащила из розетки утюг. Отец отшвырнул ее и включил утюг. Меня выгнал в другую комнату. Мама сказала: «Ради своих и наших же детей прости меня. Папочка, я схватила утюг, подумав, что ты меня до смерти задушишь». Отец сквозь зубы зарычал: «Ы-ы! Убить?! Щас посмотрим, что такое ударить утюгом?» Мама начал просить пощаду, слышно, как отец бьет, кидая от стены на стену. Вдруг мамин голос взвыл и заплакала. Утром узнал от разговора взрослых людей, что отец горячим утюгом погладил бедро мамы. Отца не стали судить, потому что его в тюрьме голову разбили и зашили, когда нервничает, теряет контроль над собой. Я всегда думал, когда они начинали драться: «Быстрее разводились бы, как можно так жить, надоели мне». Бабушки тоже неплохо досталось от отца. Он почему-то ненавидел матери моей мамы. А бабушка народила целых пять детей, а они на старости лет ей стали приносить хлопоты. Одна дочка алкашка стала, а зять бьет и дочку, и саму старушку. Ни одного нормального дитя не было. Я вокруг своих знающих людей смотрю: ни у кого детей нет, которые соответствуют представлениям родителей. Подумал: «Зачем тогда родить детей, если они все равно непослушные?»
Мама думала, что отец изменится. Ни хуя. После уроков мы пришли домой, с нами зашла мама. Отец сидел за столом и писал отчет, был бригадиром чабанов. Отец краем глаза взглянул на маму и спросил: «Где ты была?» — грубым голосом. Мама смиренным голосом сказала: «В спортзале была, а что?» Отец зарычал: «Что ты там нашла, еб твой мать», — и бросил в маму батарейку, лежащую рядом. Мама увернулась от летевшей батарейки. Порвался сзади в стене висевший расписание наша. Я подумал: «Опять грызутся, на хуй, как мне надоели, неужели так будет всю жизнь?»
