Провидица быстро пересмотрела собственный план выступления перед советом и перефразировала доклад с использованием более затейливых оборотов. Тем временем окружающие обсуждали сообщения с Ультве, предупреждавшие о новой атаке против Империума людей. Её начали отступники, скрывавшиеся в варп-шторме, который охватил центр древней империи эльдар. Было решено, что при необходимости на помощь Ультве отправится небольшой отряд, и старейшины решили больше не исследовать эту тему — ведь Ультве служил домом Эльдраду Ультрану, а тот, по всеобщему мнению, являлся сильнейшим из ныне живущих ясновидцев. Алайток мало что мог добавить к его величайшим прозрениям.
Совет продолжался большую часть цикла, и, наконец, собравшимся было предложено выставить на обсуждение менее важные вопросы. Тирианна встретилась взглядами с Келамитом, который представил её в качестве своей ученицы и жестом пригласил начать выступление.
— Я видела смерть Алайтока, — начала девушка, решив сразу завладеть вниманием всех присутствующих. — В пламени и дыму, плазмой и ракетами, наш мир был разорен бесконечной ненавистью людей.
Сделав паузу, Тирианна осмотрелась по сторонам. Некоторые провидцы наблюдали за ней с вежливо-отсутствующими выражениями лиц. Многие отнеслись к её словам без интереса или с веселым удивлением. Это была не та реакция, на которую надеялась девушка, и продолжила она, тщательно подбирая слова.
— Явятся космические десантники, свирепые воины Императора, и принесут с собой погибель многих. Я видела растерзанные купола Алайтока, наши залы, опустошенные войной, наших людей, погубленных тысячами.
Формально, Тирианна делала неправомерное заявление — поскольку так и не смогла вновь обнаружить ту нить, несмотря на множество попыток за несколько последних циклов, — но дух видения, закрепившегося в её памяти, был важнее.
— Придет час, когда мы должны будем сплотиться против этой угрозы, ради всего, что дорого нам, и само наше существование повиснет на волоске, — говоря, девушка вглядывалась в членов собрания. К наставнику она старалась не поворачиваться, но всё же не выдержала и быстро глянула в его сторону, ища поддержки. Келамит явно был заинтересован не сильнее прочих, и Тирианна двинулась дальше, пропустив остаток введения. Провидица надеялась, что слушатели остались глухи к её манере выступления, а не самому сообщению.
— Обрушится катастрофа, принесенная деяниями одного из нас. Я видела этот исход, порожденный безрассудством того, кто известен мне. Он, в своей…
— Когда? — спросил автарх Архатхайн, прервав повествование Тирианны. — Пожалуйста, говорите точнее.
— Я… — девушка лишилась самообладания, посмотрев на Архатхайна; тот сидел, вопросительно вздернув бровь и скривив губы от раздражения. — Я не уверена, автарх. Нить неопределенна, и время неясно.
— Ну, хорошо, — произнес Архатхайн со смягчившимся выражением лица. Впрочем, его взгляд, полный благодушного сочувствия, уязвил провидицу сильнее прежнего недовольства. — Такова природа сплетения. Возможно, вы скажете нам, какой поступок вашего знакомого спровоцирует эту нежданную атаку на Алайток?
Тирианна виновато уставилась в пол, чувствуя, что тратит время членов совета на чепуху.
— Точно не знаю, автарх. Он изгнанник со свободным и беспорядочным будущим, которое сложно отслеживать.
— Это тоже ожидаемо, — беззлобно сказал Архатхайн. — Вас зовут Тирианна, верно? Я знаю, вы напуганы всем этим, поэтому, пожалуйста, не думайте, что явились на судилище. Никто не должен ставить неопытность вам в вину. Кто-нибудь здесь может лучше разъяснить, какую форму примет эта угроза, или описать природу события, которое нужно предотвратить, чтобы избежать катастрофы?
Присутствующие эльдар начали переглядываться, и девушке отчаянно захотелось, чтобы один из них подтвердил её правоту, засвидетельствовал, что видел то же самое. Никто этого не сделал, и члены совета принялись тихо перешептываться, отчего провидица смутилась ещё сильнее.
— Благодарю вас, Тирианна, — объявил автарх. — Если вы отыщете какую-либо новую информацию по этому вопросу, непременно сообщите о ней Келамиту.
Стыд девушки уже не мог глубже проникнуть в её сердце. Вместо этого он превратился в гнев, и досада провидицы на себя обернулась досадой на совет.
— Пожалуйста, дайте мне закончить, это важно! Я видела нападение на Алайток. Я не ошиблась, и, если мое видение сбудется, всё мы будем убиты, а мир-корабль — уничтожен!
Раздался тихий смех, и Тирианна воззрилась на собравшихся, разъяренная выказанным ей неуважением.
— По крайней мере, нам следует тщательнее рассмотреть этот вопрос, — продолжила она. — Ведь мы же должны серьезно относиться даже к мельчайшей вероятности атаки на Алайток?
