Путь истины полностью

Но также я видел, что многие люди чрез подобные духовные возбуждения полагали начало самому серьёзному обращению, когда внезапное прозрение и великое изменение их состояния потрясало их так, что даже, так сказать, колебались основания их внутреннего дома (Деян. 4, 31; 16, 26). Здесь происходило то, что описано в Третьей книге Царств: после сильного вихря, землетрясения и огня, шедших пред Господом, следовало (если только душа пребывала верной) веяние тихого ветра, только в котором – Господь (3 Цар. 19, 11–12).

12. О других экстраординарных явлениях (осиянии светом, видениях, откровениях и т. п.) я могу сказать почти то же самое. Поскольку во времена особого благодатного посещения Божия Царство Небесное подходит к той или иной стране, месту или человеку близко, то и святой мир вечного света раскрывается над ними несколько больше. Отсюда и происходит преизобильное раздаяние различных благодатных даров, откровения, видения и проч., и чрез сие могут пробудиться внутренние чувства (ибо как человек имеет внешние чувства для восприятия этого мира, так есть у него и внутренние чувства для восприятия мира оного, которые обычно, в силу грехопадения, сокрыты и не проявляют своего действия), – так что предметы ангельского мира, или рая, не только могут становиться видимыми и слышимыми, но человек может с достаточной ощутимостью вкушать, воспринимать и чувствовать их, к великой радости и укреплению души, с которой это происходит.

Однако нужно всегда иметь в виду, что только в будущем веке такой опыт будет всецело ангельским, чистым и безопасным; в этой же жизни подобные сверхприродные дарования подвергаются опасности послужить пищей самоугождению, смешаться с человеческой падшестью и подвергнуться обману от врага тем больше, чем больше в них участвует чувственное восприятие. Именно это, без сомнения, является причиной того, что Бог ведёт в сей жизни Своих чад прежде всего путём веры. В своё время вера несомненно сопроводится светом, небесным опытом и божественными внушениями – но такими, которые неизмеримо существеннее, духовнее, непосредственнее и спасительнее, нежели все внешние экстраординарные дары.

13. По этой же причине всегда бывает так, что те, кто испытывает подобные экстраординарные усладительные вещи, должны пройти чрез последующие или предшествующие страдания и скорби, и именно те, которые сегодня утешаются Ангелами, завтра могут подвергаться нападениям и искушениям злых врагов – в качестве противоядия от самоугождения. Апостол Павел был восхищен до третьего неба, в рай, он слышал неизреченные слова и т. д. Это были экстраординарные дары и возвещения; но что произошло с ним потом? Чтобы я не превозносился (говорит он), дано мне жало в плоть, ангел сатаны, удручать меня (2 Кор. 12, 1–7).

Здесь мы видим важное различие. Помимо этих откровений Павел получил от Бога гораздо более существенную благодать: Бог открыл в нём Своего Сына (Гал. 1, 16), он был сораспят Христу, так что жил уже не он сам, но жил в нём Христос (Гал. 2, 19–20). Эти и многие иные вещи были сущностной благодатью, неизмеримо более высокой и ценной, нежели все видения и откровения; но ради этой благодати Павел не нуждался ни в каком ангеле сатаны. Ибо сия сущностная благодать, непосредственно ощущаемая в духе, хотя по своей природе услаждает и восхищает душу, но одновременно и глубоко смиряет её, исцеляет её основы и производит в ней всякую добродетель, будучи ничем иным, как богообщением и действием в душе Господа Иисуса Христа и Его святой жизни. При экстраординарных же духовных явлениях всё обстоит совсем по-другому. Они, как уже сказано, могут происходить и от самого человека, ещё не умерщвлённого для падшести; они могут мало способствовать жизни с Богом и т. д. – в отличие от сущностных благодатных действований Божиих. Вселение Бога в сердце, о котором говорит Павел (2 Кор. 6, 16) – вот сущностная благодать Божия. Кто хочет приобщиться сей благодати, тот должен очистить себя от всякой скверны плоти и духа и совершать свою святыню во страхе Божием (2 Кор. 7, 1).